1936 год, Берлин. Бывшего полицейского, а ныне частного сыщика Берни Гюнтера нанимает магнат, поручающий ему найти ожерелье дочери, убитой в ходе ограбления вместе с мужем. Пересаживание классический нуаровых клише в благодатную тоталитарную почву дало превосходные результаты в виде палпа со стойким национал-социалистическим ароматом, который Филипп Керр дозирует, выбрав идеальный исторический момент, когда Германия уже исчезла, а Третий рейх ещё до конца не наступил. Евреев вовсю винтят, но из-за олимпиады людоедам приходится ещё немного попритворяться людьми, однако мешают жить нацисты уже всем: и честным гражданам, и ворам с проститутками. Так и расследование время от времени прерывается, пропуская перед собой марширующих штурмовиков, которым герой, вынужденно примыкая к обычным бюргерам, зигует или подпевает "Хорста Весселя", дабы не огрести. В этой давящей атмосфере автор, ловко совмещая острый язык Чендлера, жесткость Спиллейна и расклад Хэммета, собирает очень хитрую, почти математическую головоломку, украсившую бы любую из книг, перечисленных выше классиков. Именно тут зародилась традиция с появлением в сюжетах нацистских селебрити, и свой выход совершают сразу два любителя детективов - Гейдрих и Герман Геринг со львёнком в руках. Другой канон - печальная, а иногда и откровенно жуткая участь женщин в этой серии так же начался отсюда. И эта брутальность, абсолютно сознательно выбранная Керром для милитаризированного общества, фетишизирующего грубую силу, особенно забавна в том смысле, что в России он больше известен как детский писатель. Единственная претензия - финал в концлагере кажется уже шляпой на шляпе, но автор, видимо ещё не зная сколько книг про сыщика у него впереди, похоже, хотел выложить все задумки сразу или просто испугался, что заругают, если не откатает всю обязательную программу. В остальном "Мартовские фиалки" (ироничное и пренебрежительное прозвище, которое закрепилось за массово вступавшими в НСДАП после марта 1933 года) - образцовый представитель жанра.