Квинканкс. Том 1

Не важно, кому принадлежит право голоса, поскольку власть будет всегда у тех, кто владеет богатством. А их интересы так или иначе будут противоположны интересам масс.

- Страна — это та же семья, и, как во всякой семье, одни ее члены слабей, другие — сильней; каждый, соответственно своим силам, должен служить или управлять, от этого будет лучше каждому.

Что касается вопроса, чья интерпретация... "правильнее", то могу лишь сказать, что любой роман (как и вообще любое произведение литературы) представляется мне структурой, выстроенной из возможных смыслов, которые читатель вправе интерпретировать любым угодным ему образом. А, следовательно, иной читатель видит и понимает больше меня.

Я говорил, чтобы защитить Сьюки, так как признал: бывают случаи, когда ложь оправдана. Но если разрешена ложь, разрешены и некоторые другие вещи, и тогда вообще непонятно, как вести себя в этом мире.

Строить догадки - занятие глупое. Как определить, чем на самом деле другой человек руководствуется?

В выборе, соблюдать Закон или нет, человек исходит из собственных интересов. Будь то герцог годовым доходом пятнадцать тысяч, или вор-карманник, каждый задает себе один и тот же вопрос: что для меня лучше, соблюдать данный закон или с выгодой для себя его нарушить? Герцог почти во всех случаях отвечает - соблюдать, а карманник - нарушить, потому что Закон сочиняют герцоги, чтобы ущемить интересы карманников. Нам, прочим, приходится отвечать по-разному, в зависимости от конкретных обстоятельств.

мы ни к кому не испытываем столь сильную неприязнь, как к человеку, которому причинили зло.

Для каждого индивидуума Закон — это действенная мораль: человек, живущий в обществе, не свободен в выборе, какому закону подчиняться, а какому нет; это вам не шляпка — какую захочу, такую и надену.

Терпеть не могу, когда цинизм Старости разрушает радужные надежды Юности.

Истинное счастье — если оно вообще достижимо — каждый из нас обретает в гармонии с обществом, отсюда и проистекают наши порывы к милосердию.

О человеке говорят одни дела, и говорят они только одно: служи своим интересам. И так оно и должно быть, потому что сложное переплетение бесчисленных личных интересов на свободном рынке и образует в совокупности то, что мы зовем обществом, ему мы обязаны свободой выбора, которая у нас есть.

Милосердие всегда основано на эгоизме и потому лицемерно.

Эгоистические интересы — вот то, что нами движет. Но мы с неистощимой изобретательностью выдумываем уловки, чтобы скрыть от себя и других эту печальную правду, — на этой почве и процветают лицемерие и самообман. Поэтому следует обращать внимание не на слова, а на дела.

Страна — это та же семья, и, как во всякой семье, одни ее члены слабей, другие — сильней; каждый, соответственно своим силам, должен служить или управлять, от этого будет лучше каждому.

Не важно, кому принадлежит право голоса, поскольку власть будет всегда у тех, кто владеет богатством. А их интересы так или иначе будут противоположны интересам масс.

Закон - это не более чем сомнительное построение, цель которого - защищать богатых.

Есть такие вещи, о которых не спорят. Им веришь, потому что сам Бог вкладывает их тебе в сердце.

...в раннем — самом счастливом — возрасте мы замечаем только тепло, свет и солнце, часы же холода и темноты протекают как сон без сновидений и не откладываются в памяти. Или, возможно, от младенческого сна нас пробуждает именно первое касание холода или темноты.

— Эгоистические интересы — вот то, что нами движет, — продолжал мистер Пентекост. — Но мы с неистощимой изобретательностью выдумываем уловки, чтобы скрыть от себя и других эту печальную правду, — на этой почве и процветают лицемерие и самообман. Поэтому следует обращать внимание не на слова, а на дела.

«[...] судите и осуждайте, друзья мои, но только сперва узнавайте мотивы поступков».