Апокалипсис в русской литературе

Я пришёл в библиотеку брать совсем другую книгу, но благодаря хорошему отношению библиотекарши получил вот эти (и ещё некоторые). Высказал ей свою благодарность, так как вот эти (и ещё некоторые) мне тоже очень интересны. Итак, это три как бы теоретических брошюры Алексея Кручёных, изданных московской ассоциацией футуристов в 1923 году. Как бы — потому, что не особо они теоретические, хотя всё равно остаются интересными. Сейчас посмотрим.

В первой поэт даёт свой взгляд на так называемую фактуру («расположение составных частей слова или стиха», «делание слова»), выделяя звуковую, слоговую, ритмическую, смысловую, синтаксическую, фактуру начертания, фактуру раскраски, фактуру чтения.

Вот я и привёл вам всю теорию Кручёных. Она сопровождается пинками символистов за их плохую поэзию. А дальше — только примеры всех видов фактуры, в основном, из собственных стихов, что и составляет прелесть этой брошюры по правде. Стихи у автора классные, мне лично всегда нравились и до сих пор нравятся с некоторыми оговорками. Может, он эту брошюру и выпустил, чтобы лишний раз светануть своими стихами?

«Сдвигология...» полна приколов. Кручёных обращает внимание на глухость поэтов других направлений (не только символистов) к так называемым сдвигам. Например, «И шаг твой землю тяготил» Брюсова. Действительно слышится «ишак», и такой каламбур явно снижает патетику стихотворения, сомневаюсь, что Брюсов на это рассчитывал. Не все примеры так ярки, некоторые явно притянуты за уши. Но в целом я согласен. Важно, что Кручёных не требует отказаться от «сдвигов», он просто призывает слышать их, использовать их с толком и пользой для дела.

Не бог весть какая теория, конечно, тем более, что анализ сдвигов съезжает на простое постулирование прелести заумной поэзии, а сдвигами называется уже что попало, то есть термин размывается. Зато собрано много интересных примеров, на этот раз творчество других поэтов представлено шире. Для меня в этом главный интерес брошюры: этакий калейдоскоп поэзии тех лет. Слышится красочно. Ну а в конце, разумеется, несколько собственных стихов.

Кроме этого, Кручёных масштабировал коллажный принцип и включил в сборник маленький текст своего друга Терентьева и письмо молодого Катаева, процитировал своего друга Зданевича и не очень друга Чуковского. Это тоже маленькая удача брошюры. Которая в целом всё же не особо примечательна, честно говоря.

«Апокалипсис...» представляет собой сборник текстов. Первый — памфлет «Чорт и речетворцы», который мог бы получить название всей брошюры. Там Кручёных просто язвит в адрес символистов и некоторых ещё писателей и поэтов, делая их персонажами позорного фарса, просравшими, короче говоря, русскую литературу. Далее в «Тайных пороках академиков» автор ругает тех же за темы (Вечную Женственность и прочую требуху), за пафос и посыл, потом — за фонетику, в противовес чему хвалит фонетическую работу заумников (то есть себя со товарищи). В заключение приводит несколько отрывков из футуристских деклараций.

Эта брошюра наименее содержательна из трёх, особенно если их читать по порядку. Но вот если вы любите желчные памфлеты (я даже вспомнил Селина), любо-дорого почитать и поухмыляться! Правда, если для вас образы вроде Вечной Женственности — святое, лучше не читайте.

В целом брошюры могут показать сегодняшнему читателю часть литературного процесса тех лет. При этом читателю желательно как-то приподниматься над текстом, занимать, как говорится, метапозицию. Может быть, придётся обратиться к помощи комментаторов. С другой стороны, эти литературоведы-комментаторы порой очень уж на серьёзных щщах цитируют эти откровенно дурацкие «трактаты», а в первоисточнике хорошо чувствуются ирония и сарказм.

Ну и, разумеется, смачные стихи Алексея Кручёных — повод прочесть эти брошюры. Хотя стихи в окантовке «теоретических» положений только теряют в мощи, на мой взгляд.