– Соске, скажи «сы-ы-ы-ыр»! Соске бросил сердитый взгляд на камеру и Курца, игравшего роль фотографа. – Ну, давай же! – подбадривал его Вебер. – Ты же хочешь хорошо получиться на своем ученическом билете? Сагаре пришлось задействовать мышцы, которые он почти никогда не напрягал. Получившееся на его физиономии выражение скорее напоминало последствия воспаления лицевого нерва, чем улыбку.

Курц нажал на паузу.
- Почему она убежала?  - спросил Соске. - Разве девушка в углу не ее враг?
Курц возвел очи горе: просто ужас, не понимает самых обычных житейских вещей?
- Если только не..., - продолжал тем временем Соске развивать свою мысль, - Наоми сейчас знает секрет, который ставит ее жизнь под угрозу. Она убежала, чтобы спастись. Умная девочка!
- Ну, что-то в этом духе,  - снова закатил глаза Курц.

Да и Канаме было трудно ругать Соске, зная о его, в общем–то, благих намерениях. «Вот напасть!» –Канаме схватилась за голову. В конце концов, это не вина Соске, что он вырос среди войн и разрухи и потому совершенно не представлял, как себя вести в мирной Японии. Но как бы он ни старался, что бы ни делал, все вечно оборачивалось против него и создавало проблемы на пустом месте. Как следствие, почти все в школе думали, что Соске – идиот в клинической стадии.