Цитаты из книги Best Served Cold

– Нет лучшего основания для союза, чем общая ненависть. 

Месть не делает завтрашний день светлее. И на весах жизни не перевесит даже одного скела.

В достоинстве и для живых пользы мало, а для мертвецов - вовсе никакой.

Излишек людей – помеха, когда они ленивы, плохо подготовлены и командуют ими идиоты.

– Ничто мне так не мило с утра, как лицезренье пышных, круглых ягодиц его превосходительства. На вкус они напоминают… власть.

Хочешь что-то - так бери это. И тот человек велик, кто нахватал больше всех. Хорошо, наверное, было бы, если бы жизнь была другой. Но она такая, какая есть.

С наёмниками всегда так. Легко приходят, уходят ещё легче, и не замечаешь порой, куда подевались...

Меньше слов - меньше возможности ошибиться.

- Одно убийство тянет за собой другое. Сведение одного счета открывает новый. От войны человека может только тошнить, если он не сумасшедший. И все сильнее со временем.

"В друзья мне подавайте только дурных людей, - писал Вертурио. - Их я понимаю".

Коль затея твоя полубезумна, тебе и люди нужны хотя бы отчасти безумные, чтобы довести дело до конца. Умные могут не устоять перед искушением найти занятие получше.

Некоторые плачут над своими несчастьями, некоторые собираются с силами и начинают жить заново, каким бы дерьмом эта жизнь ни выглядела.

Жизнь становится намного легче, когда не обращаешь внимания на несправедливое к себе отношение.

Чтобы иметь хорошего врага, выбери друга – он знает, куда нанести удар.

Люди без надежды — опасная толпа.

– Успели укрепить стены с прошлого года, – проворчал Бенна. – Не хотелось бы мне их штурмовать. – Скажи еще, что у тебя хватает духу карабкаться по лестницам. – Не хотелось бы мне приказывать идти на штурм кому-то другому. – Скажи еще, что у тебя хватает духу отдавать приказы. – Не хотелось бы мне видеть, как ты приказываешь идти на штурм. – Согласна.

– Я слышала, на Севере мужчина должен заслужить свое имя. Не то делами, не то еще чем-то. Так почему Трясучка? – Э… – Меньше всего ему хотелось выглядеть дураком перед Монцей. Он еще надеялся однажды снова оказаться в ее постели. И потому соврал: – Враги трясутся при виде меня от страха, вот почему. – Надо же. – Витари отступила от двери, пропуская гостей, и, когда Трясучка подныривал под низкую притолоку, одарила его насмешливой улыбкой. – Какие трусливые у тебя, однако, враги.

 – Ты таки влез туда? – спросила не без удивления. – А вы сомневались? – Уверена была, что голову свернешь… если сможешь, конечно, достаточно высоко забраться.

Никто не награждает за добрые намерения. Жизнь - злая сволочь, и даётся тем, кто берёт, что захочет. Правда на стороне самых безжалостных, самых коварных, самых кровавых, и то, как все эти подонки её славят, лишь подтверждает это.

До него дошло, что сваливать вину на мёртвых не доведёт его до добра. Великим требуются несущие ответственность живые, чтобы можно было их пытать, вешать, рубить головы и так далее. С трупов возмещения не взять.