Цитаты из книги Загадочные убийства

Кадры, фрагменты, обрывки — ни одной полной картины. Мастера рекламы всегда выбирают лучшие отрывки, чтобы дать публике некоторое представление о фильме, но они могут ввести в заблуждение: заставить подумать, что история развивается в одном направлении, когда на самом деле она идет совсем в другом; могут сосредоточить внимание на всего лишь одной части целого и заставить думать, что весь фильм основан на этом, хотя все значительно сложнее. Или возможен иной путь: сюжет фильма совсем простой, но кадры сбивают зрителя с толку и создают сложности там, где их вообще не существует.

Десять лет назад она убила шесть женщин, сегодня убила опять. Что возродило ее сумасшествие? Место? Люди? Вчерашний разговор, от которого кровь стыла в жилах? Вероятно, все сразу плюс личность самой Марго Белл. Тетя Серой Леди, последняя ее жертва, была, видимо, очень сильной женщиной, поскольку держала племянницу в ежовых рукавицах. Та вечно служила в семье козлом отпущения, и в конце концов у нее случился нервный срыв, который и породил неистовую ярость. Сначала эта ярость выплескивалась на других женщин, чем-то похожих на ее тетку, затем обрушилась на реальную, изначальную цель. Во всяком случае, именно к такому заключению пришли специалисты по поводу Серой Леди в научной статье о серийных убийствах, которую читала Берди.

Алистер вздрогнул и так сжал кулаки, что ногти впились в ладони. Ведь они всё понимают: это видно по их лицам. Снаружи дождь хлестал по мокрой траве и раскисшей земле, собираясь в лужи, громыхал гром, и в ночном небе сверкали молнии, но Дипден перестал быть убежищем. В доме лежала Марго Белл, мертвая, под яркой лампой, с открытым ртом, и на полу рядом с ней загустевала кровавая лужа. И всем известно, что кто-то в этой комнате не тот, за кого себя выдает. Кто-то из присутствующих затянул узел, воткнул ножницы, а потом смотрел, как хлещет кровь, и ликовал при виде смерти. Кто-то из них убийца.

Берди немножко поразмыслила над этим феноменом и его результатами и невольно прониклась уважением к Марго Белл. Эта женщина — самовлюбленная эгоистка, испорченная, себялюбивая и с точки зрения Берди, вовсе не умная, хотя и обладает хитростью, но в своей области, безусловно, настоящий профессионал. С каждой из этих дам Марго работала творчески: подобрала макияж в соответствии с их темпераментом. И действительно, нашла для каждой то, с чем они могут жить, оставаясь собой, а не нарисовала на их лицах маски, которые скрывали бы их истинную сущность. Конечно, предполагалось, подумала Берди, что они будут накладывать такой макияж и придерживаться полученных рекомендаций и в дальнейшем. И скорее всего так и будет, поскольку на обучение всему этому ушло целое состояние. Сама-то она здесь по делу, поэтому к ней все это отношения не имеет.

Туалетный столик матери сто лет назад. Маленькая, веснушчатая, тощая, в пижаме, ты не отрываясь смотришь на нее, ослепительную, подавшуюся вперед, к зеркалу, чтобы нанести что-то черное на ресницы. В комнате пахнет розами. Она похожа на кинозвезду. Ты делаешь шажок вперед, чтобы потрогать гладкое переливающееся зеленое платье. Твое лицо появляется в зеркале рядом с ее лицом. Должно быть, это случалось не раз и раньше, но именно сейчас что-то щелкает. В этот миг ты вдруг понимаешь, почему люди всегда говорят, что ты похожа на отца, за исключением глаз. Раньше ты никогда об этом не задумывалась. Теперь ты знаешь. Мир слегка сдвигается с орбиты. А отец тем временем с гордостью улыбается с края кровати, где сидит, зашнуровывая ботинки. Он маленький, невзрачный и умный. Он ее обожает. Ты отходишь: прочь от зеркала, прочь из комнаты.