Memorial ​Do Convento

…Бормочут Отче наш, Богородице, в сущности, коли столько мы к ним взываем, стало быть, больше всего не хватает нам отца с матерью.

Если Бог, который с неба все видит, видит так же плохо, как я, когда был в небе, уж лучше бы ходил он по свету своими божественными стопами, не понадобились бы посредники и знаменья, им ведь никогда нельзя доверять, даже собственным глазам нельзя, издали им видится малым то, что вблизи оказывается большим, разве что есть у Бога подзорная труба, как у отца Бартоломеу Лоуренсо, хорошо было бы, если бы он сейчас на меня глядел, дадут мне работу или не дадут.

…Кто ведает, быть может, на сердце у каждого из нас отпечатался особый рельеф, отвечающий рельефу той местности, где мы родились, оба этих рельефа сливаются воедино, словно мужчина и женщина, женщина и мужчина, мы земные люди на земном шаре.

…Быть может, все завершится всеобщим прощением либо всеобщим наказанием, знать бы только, кому выпадет на долю покарать или помиловать самого Бога.

Бог остается в человеке не тогда, когда сам того захочет, но когда человек пожелает принять его, если так, то Творец сам в какой-то степени оказывается творением.

Спросил Пилат Иисуса, чтó есть истина, и Иисус не ответил, Может, тогда еще не приспело время знать это, сказала Блимунда, и они с Балтазаром сели на камень у двери, Блимунда распутывала ремни, которыми был прикручен крюк к обрубку, потом положила изувеченную руку Балтазара себе на колени, чтобы легче ему было переносить эту великую и неисцелимую боль.

После музыки наступает молчание и после проповеди тоже, сколько бы ни хвалили проповедь и сколько бы ни рукоплескали музыке, может статься, на самом деле только и существует, что молчание.

И Ева была всего только Ева, сказала Блимунда, Ева и ныне по-прежнему всего только Ева, думается мне, есть в мире одна лишь женщина, только во многих ликах, а потому и не понадобилось бы иных имен.

Никому не увидеть своей собственной воли.

…Хоть крест и божественная эмблема, но не будет стоять стоймя, ежели не закреплен, другое дело люди, они и без ног могут держаться прямо, было бы желание, в этом все дело.

…Люди из простонародья не избалованы, сядут и лягут где придется, но лучше, если может мужчина положить голову на колени женщины, думается мне, таково было последнее его движение, когда воды потопа уже заливали мир.

…Он уже знает, что сын покинет дом в одну из ближайших недель, и досадует на него за это, снова оставит мать с отцом после того, как столько лет потерял на войне, Поделом ему, что без руки вернулся, любовь такова, что иной раз приходят в голову подобные мысли.

…Нет никакой разницы меж сотней людей и сотней муравьев, перетаскивается груз отсюда досюда, ибо на большее сил не хватает, затем еще один человек подойдет, дотащит груз до следующего муравья, а потом, как водится, все канет в какую-нибудь ямину, для муравьев она место жизни, для людей место упокоения, как видите, нет никакой разницы.

Блимунда рта не раскрыла, Балтазар слова ей не сказал, только переглянулись, их взгляд и есть их дом.

…Мы же как-никак цивилизованная страна, подарившая Старому Свету столько новых частей света, но возраст у всех частей света одинаков.

Блимунда доела хлеб с салом и улыбнулась, не догадывался Жуан-Франсиско, что съела бы она сало, даже если бы была еврейкой, истина, которую надо ей беречь, не в том.

…Обвалятся три стены и крыша и только несколько необожженных кирпичей, расколовшихся или распавшихся в прах, останется на том месте, где жила Себастьяна-Мария ди Жезус и где Блимунда впервые открыла глаза и увидела мир, ибо уста новорожденной еще не вкусили пищи.

О мать моя, что значит родиться, Родиться значит умереть, Мария-Барбара.