A kedvenc játék

-Холодно?
-Я бы осталась тут на год..
-Это называется брак.

Потом они обнялись, чтобы все исправить.

Он ненавидел людей, что сонно плывут в больших каменных домах. Жизни их упорядочены, а комнаты опрятны. Они встают по утрам и выполняют общественные работы. Они не собираются взорвать свои фабрики и голыми плясать в пламени.

Сколько нужно листьев, чтобы записать шелест ветра?

От признания, которое он собирался произнести, у него сперло в груди, и он перепутал страх с любовью.

Будет множество пиков эмоций, ослепительных закатов, вдохновенных открытий, творческой боли и множество убийственных плоскогорий равнодушия, где тебе не будет принадлежать даже твоё собственное отчаяние.

Я не хочу всё увековечивать. Я хочу время от времени удивляться.

Он знал, что желанных длинных девчонок, смущенных разницей в росте, легко успокоить байками и разговорами.

Люди болтают, что мы медленно теряем дар общения с животными, птицы больше не прилетают поболтать к нам на подоконники.

Приходи собрать бутоны роз в моих волосах.

На заднем плане вянут её улыбка и плечи. Она думает, что не в фокусе.

На отце английский костюм - и вся английская сдержанность, какую только можно вшить в одежду.

Он ждал грохота 38-ого калибра, что очистил бы их дом и принес ужасные перемены. Револьвер хранился прямо возле кровати. Он ждал, когда отец казнит своё сердце.

Войну они развязали из-за своего характера.

Иногда ей казалось, что ни одна живая душа не может дарить столько нежности и внимания, если это не задел на будущее. Иногда, легко обнаруживая в сердце боль, понимала, что он может столько отдавать, только если собирается уйти.

Ты хочешь жить в мире, где только что зажгли свет, и всё вокруг только что выпрыгнуло из темноты. Это хорошо, Лоренц, и даже, может быть, храбро, но там нельзя жить всё время. Я хочу создать место, куда ты сможешь возвращаться и отдыхать.

Но он знал, что улица прекрасна по другим причинам. Потому что магазины и люди живут в одних и тех же зданиях. Когда есть только магазины, особенно с модными витринами, стоит ужасная вонь хладнокровного выкачивания денег. Когда одни дома, или, скорее, когда дома слишком далеко от магазинов они испускают какие-то ядовитые секреты, словно плантация или скотобойня.