Калина красная: избранные повести и рассказы

Мне очень нравятся рассказы Василия Шукшина. Жаль, что он писал только на бытовые, деревенские темы. Какой мог бы получится фантаст. Рассказ «Миль пардон, мадам!», как всегда необычен и уникален, он даже имеет философский оттенок и стремиться показать загадочную русскую душу простых людей.

Образ главного героя не призван вызвать у читателя симпатию, так как Бронька Пупков является типичным пьяницей, балагуром и лентяем, не особо обременяющим себя работой в колхозе и даже не пытающемся скрыть свое тунеядство, зато любящий водить по глухой тайге приезжих городских охотников. Человек он женатый, но явно радости от семейной жизни не испытывает.

«Бронька (Бронислав) Пупков, еще крепкий, ладно скроенный мужик, голубоглазый, улыбчивый, легкий на ногу и на слово. Ему за пятьдесят, он был на фронте, но покалеченная правая рука – отстрелено два пальца – не с фронта: парнем еще был на охоте, захотел пить (зимнее время), начал долбить прикладом лед у берега. Ружье держал за ствол, два пальца закрывали дуло. Затвор берданки был на предохранителе, сорвался – и один палец отлетел напрочь, другой болтался на коже. Бронька сам оторвал его. Оба пальца – указательный и средний – принес и схоронил в огороде.»

Жена Броньку не любит, постоянно скандалит и «пилит» его. Она женщина простая и грубая, не обладающая ни красотой, ни мудростью, и мужа обзывает обидными словами «харя ты немытая, скот лесной». Есть у главного героя и сын, находящийся в сложном периоде отрочества, которого он искренне по-отцовски обожает, хоть и не показывает этого, а мальчик его стесняется. Бронька активный участник деревенских драк и неугомонный гонщик, шумно рассекающий на своем «оглушительном мотопеде ("педике")» деревенские улицы. Бронька Пупков также представлен как открытый, общительный, коммуникабельный человек, к тому же меткий стрелок «на пятьдесят шагов свечку из винта погашу» - говорит сам Бронька. При этом он как будто не помнит обид, щедрый и добрый. В итоге, общий образ главного героя бесшабашный и не серьезный, он так любит выдуманные истории, что сам сочиняет их и рассказывает у костра в ночной таежной тиши приезжим охотникам. Особенно любит он рассказывать фантастическую историю о своем подвиге, задании по убийству во время войны Адольфа Гитлера, которое не увенчалось успехом. Ну и конечно есть дурная привычка у Броньки вставлять в свою речь время от времени странное выражение «Миль пардон, мадам».

«Партия и правительство поручают' вам, товарищ Пупков, очень ответственное задание. Сюда, на передовую, приехал инкогнито Гитлер. У нас есть шанс хлопнуть его. Мы, говорит, взяли одного гада, который был послан к нам со специальным заданием. Задание-то он выполнил, но сам влопался. А должен был здесь перейти линию фронта и вручить очень важные документы самому Гитлеру. Лично. А Гитлер и вся его шантрапа знают того человека в лицо».

В различных жизненных ситуациях, описанных Шукшином, читателю открывается душевное противостояние острого желания справедливости у главного героя и его повседневной жизни. Очень заметен контраст между манерой изложения автора и повествованием, подчеркивающий в характере странноватого мужичонки искреннюю человечность, очень близкую и понятную русскому народу.

В ходе своих выдуманных историй Бронька ставит целью завладеть вниманием и уважением публики. Для этого он собирает немалое количество слушателей, большей частью городских жителей, и начинает свои чудные рассказы, что по всей видимости им нравится, некоторые слушатели верят и искренне ему сочувствуют.

«Он идет ко мне навстречу. Генералы все вытянулись по стойке "смирно"… Он улыбался. И тут я рванул пакет… Смеешься, гад! Дак получай за наши страдания!.. За наши раны! За кровь советских людей!.. За разрушенные города и села! За слезы наших жен и матерей!.. – Бронька кричит, держит руку, как если бы он стрелял. Всем становится не по себе. – Ты смеялся?! А теперь умойся своей кровью, гад ты ползучий!! – Это уже душераздирающий крик. Потом гробовая тишина… И шепот, торопливый, почти невнятный: – Я стрелил…»

Шаг за шагом главный герой завладевает разумом людей и заставляет их не просто поверить в его историю, но и прочувствовать каждое действие, слиться как можно глубже эмоционально с рассказом. Таким образом, ему удается полностью подчинить себе внимание своего слушателей, что он использует в своих интересах.

«Миль пардон, мадам!» раскрывает внутренний мир чудаковатого человека, обладающего талантом оратора, но не приспособленного к реальной жизни и вынужденного скрываться от действительности в собственных фантазиях. Советую всем, рассказ короткий.

Василий Шукшин обладал уникальным даром раскрывать истинные человеческие чувства в своих произведениях. Даже в небольших рассказах у него получалось показать реалистичные характеры героев. Таким является и небольшой рассказ «Сапожки». Сюжет прост, но автор удивительным образом показал что такое простое человеческое счастье.

История жизненная и банальная. Главный герой – сорокапятилетний водитель Сергей Духанин. Движимый естественным чувством сделать жене подарок, он решает купить ей сапоги. А продавец, женщина циничная и завистливая, откровенно грубо его обслужила. Что поделать «странный они народ, продавщицы: продаст обыкновенный килограмм пшена, а с таким видом, точно вернула забытый долг.»

При покупке Сергей ошибается размером. Зарплата потрачена зря, сюрприз оказывается малым героине. Интересно наблюдать, как по-разному проявляются людские характеры и реакции по поводу этого поступка. Осуждение коллег, говорит об их неспособности на щедрые подарки.

Василий Шукшин любил противопоставлять городскую жизнь деревенской. Обычная русская деревня была настолько ему близка, что читателю нетрудно представить героев. Их характеры, быт, повседневные заботы кажутся близкими и понятными каждому. Поэтому, обе женщины – жена Сергея, добрая и покладистая женщина, и злая тощая продавщица, полная ей противоположность преследуют одни и те же цели. Сэкономить на всем чем можно, чтобы прокормить семью.

Сергей – настоящий работяга, с простой, по-русски щедрой душой. Хороший семьянин и заботливый отец. Его желание порадовать супругу, разнообразить серые будни подкупает. Несмотря на простоту, характер Духанинина глубок и многогранен. Только духовно богатый человек может сопереживать и жертвовать всем ради близких. Семья для него основа, центр маленького мира без которого он себя уже не мыслит.

Шукшин не выдумывал витиеватых сюжетов. Он писал о жизни такой какая она есть. С простыми заботами о покупке сапог, но с философским подтекстом и рассуждениями. В повседневной жизни, так просто из-за зависти начать относиться жестоко к людям из-за обычных вещей. Может главный герой и представлен в некоторые моменты как смешной простак, но забавным это почему-то не кажется. Может эта и есть та самая святая простота достойная не порицания, а восхищения. Хоть и известна истина, что подобное простодушие хуже воровства, но это не тот случай.

«Купил сапожки, она ласковая сделалась". Нет, не в сапожках дело, конечно, дело в том, что…»

Василий Шукшин доступным и всем понятным языком смог показать, что настоящее счастье — это не материальные ценности, а духовные, достойные подражания и уважения поступки.

Сегодня день памяти Василия Макаровича Шукшина - одного из самых ярких и харизматичных советских кинорежиссеров и актеров, а кроме того самобытного писателя, я не мог пройти мимо такого события.

К шукшинской прозе у меня особое отношение, она яркая, зрелищная, так и тянет написать - кинематографичная, ну, а как иначе, если автор - кинорежиссер. Но в то же время ей не хватает серьезности и основательности, присущей лучшим образцам русской литературы, поэтому и выглядит она несколько легковесно, как-то частушечно. Более точно своеобразность шукшинских текстов можно описать словом "лубок". Лубочный стиль предполагает грубую прорисовку с элементами примитивизма, резкую контрастность, утрирование эмоциональной составляющей, все эти элементы с лихвой присутствуют в прозе Шукшина, а в кинопрозе - в особенности.

К кинопрозе относятся так называемые киноповести, кроме "Калины красной" яркий образец у Шукшина еще - "Живет такой парень". Эти повести - почти готовые киносценарии, но они оказываются на порядок слабее своих же киношных вариантов. Дело в том, что в этих повестях изложен только внешний рисунок образа, так и хочется сказать - роли. Писатель-режиссер не затрудняется особо тонко объяснять внутреннее содержание героя в тот или иной момент, это сделает актер или актриса, которые будут играть ту или иную роль, на съемочной площадке режиссер объяснит им, что стоит за каждой фразой, за каждым поступком.

Такая психологическая отстраненность, да еще при условии, что все герои очень яркие, как раз и создает тот самый лубочный эффект. Еще этому способствует подчеркнутая эпатажность шукшинских героев, которые как бы позируют в каждом эпизоде, пытаясь стать в позу "покрасивше", сказать "позаковыристее".

Егор Прокудин, наверное, самый лубочный персонаж писателя, подчиняющийся полностью его авторской воле. Захотел Шукшин, и отпетый рецидивист в одночасье превращается в эталонного носителя русской души, куда-то подевалась вся его "отрицательность", зато буйным цветом зацвела "положительность".

Оно понятно, попал Егор к хорошим людям, которых он поначалу тоже собирался обмануть, но, вот, когда почувствовал какие они чистые и правильные, так что-то с ним такое приключилось, что не смог он оставаться прежним вором - джентльменом удачи, нестерпимо захотелось ему стать честным человеком, строить новую жизнь.

Бывает ли так в настоящей жизни? Скорее всего, нет. Но это не значит, что так не может случится в литературном произведении, ведь писатели пишут не только о том, как бывает, но и о том, как должно быть. У Шукшина второй вариант, поэтому его Егор Прокудин не претендует на психологическую достоверность, да лубок её и не требует.

Такова и Люба Байкалова, хорошая и добрая женщина, почувствовавшая вдруг желание сделать человеком бывшего уголовника, и поверившая в него как в Христа. В реальной жизни такое бывает? Бывает, и такие доверчивые Любы, как правило, потом горько раскаиваются в своей наивности, когда "прозревший" друг не покупается, как киношный Егор на дамское благородство, а коварно им пользуется. Но в лубке такая Люба Байкалова может существовать запросто, и смотреться в нем вполне органично.

А старушка-мама, которая не узнает родного сына, и сын, не находящий сил открыться перед матерью, а потом в истерике бьющийся на косогоре - как ярко и пышно. По слезовыжимательности эта сцена не уступает финальной, в которой Егор общается с березками, а потом умирает от бандитской пули на руках Любы. Говорят, что Шукшин реально плакал, когда писал эти сцены, вот только вопрос: отчего он плакал, оттого, что ему было жалко Егора, которого он убивал, или от осознания лубочной красоты того, что он написал? Мне кажется, это был второй вариант, это были не слезы жалости, а слезы умиления.

Ведь мёртвого Егора писатель называет не рецидивистом, а русским крестьянином. Вот и выходит, что эта повесть, это такое шукшинское крестьянски-интеллигентское переосмысление библейской притчи о блудном сыне. Крестьянин, оторванный от родимой землицы, попадает в вертеп огненный мира соблазнов, чуть не теряет в нем свою светлую крестьянскую душу, но, благодаря хорошим людям, находит в себе силы вернуться на круги своя и умереть на родной земле, тем самым искупив все грехи. Символично и слезу вышибает, а то что малость пошловато, так это издержки стиля...