Любовь гика

Я только что пересказала сюжет книги одному хорошему человеку. Боюсь, этот человек больше со мной общаться не будет, потому что я книгу не бросила при появлении первых жирных намеков на перекосы сюжета.

Нет, дело не в том, что некое понятие нормы и происходящее в книге разделены многими парсеками. А дело в нереалистичности и нелогичности действий основных героев при отсутствии сюжетного объяснения их поступков, развития их характеров. Много чего доводится до крайности, при этом мотивация героев остается за кадром. Также непонятно, зачем нужны некоторые сюжетные линии, например, про журналиста, пришлого инженера, дочь.
Вроде неплохой язык, но как бы мимолетом возникающие физиологические подробности (к слову, не особо нужные) или вульгаризмы выглядят достаточно аляповато и искусственно.
Нарушение внутренней логики повествования не дает поверить в происходящее, а вызывает ощущение, что смотришь альбом с разрозненными и местами откровенно физиологичными картинками про разные грани дна (назовем это так) в различных сочетаниях. Смотришь альбом и отмечаешь:

• Таааак, физиологические отклонения есть?
• Мы тут, на нас тут много чего держится!
• Психологическое насилие есть?
• Тут я!
• Физическое насилие на месте?
• А как же, я здесь!
• Порочные связи?
• Ага, есть!
• Членовредительство где тут?
• На месте!
• Психические расстройства?
• Сколько угодно!
• Фекальные темы?
• Угу!
• Чернушечка-бытовушечка?
• Тутачки!
• А есть причина для всего этого?

Кэтрин Данн
Любовь гика
_______________________________
Эта книга ни кого не оставит равнодушным. Эксцентричная, остросюжетная, очень странная и в тоже время завораживающая.
Цирк.
История жизни семьи «цирковых уродов» Биневски глазами дочери.
Родители -Ал и Лили, решили поставить эксперимент над своими детьми, можно сказать успешный.
Дети:
Артуро - мальчик с ластами вместо рук и ног. Гениальный манипулятор, которого все обожают. Основоположник культа-артуризм.
Электра и Ифигения - красивые, талантливые сиамские близнецы. Превосходно играющие на фортепиано. Пали жертвой эгоизма старшего брата.
Олимпия - карлица-альбиноска, влюблённая в старшего брата (Артуро), забеременевшая при помощи младшего брата от старшего и родившая дочь. Очень все запутано, но факт...
И наконец, младший ребёнок в семье и единственный без внешних дефектов, но со своей странностью - Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.
И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить...

Потрясающий роман.
Всегда было интересно заглянуть за кулисы цирка. Да, это не тот цирк, который мы знаем сейчас. Но это не менее захватывающе.

Роман рассказывает о семье, мама и папа которых решили сделать из своих детей - шоу уродов.
Посмотреть с одной стороны - они больные, с другой - именно таким образом выглядит их прекрасная и сумасшедшая любовь, отраженная в их причудках-детях.
Сама книга - это дневник одной из дочерей, карлицы-горбуньи, которая хочет исповедаться перед своей дочерью. Для нее цирк - ее дом, а жизнь - цирковое выступление.
Она делится всем, что произошло с того момента, как она появилась на свет.
Рассказывает о своей семье, своей жизни и экспериментах ее родителей. Рассказывает, почему они с дочкой не смогли быть вместе.
Рассказывает, как закончилось представление длиною в жизнь...

Это трагедия, в которой каждая страница одаривает тебя новыми эмоциями, порой и не самыми положительными.
Любовь и ненависть, алчность и бескорыстность, надежда и отчаянье - все это наши персонажи.

Прочитайте и вы не пожалеете :)

Тут гик — это циркач, на выступлениях откусывавший головы живым курицам. Об этом говорится в предисловии, а также во всех отзывах. Но даже с этим знанием притянуть заглавие книги к ее содержанию трудновато. Можно взять еще одно значение: в более широком смысле это странный человек, что-то вроде маргинала. Ну допустим, но все равно не очень подходит. Однако неудачное название не помешало книге стать культовой и переиздаваться уже три десятилетия. Может, не такое оно и неудачное.

«Любовь гика» — книга о бродячем цирке, владельцы которого с помощью разных экспериментов сделали своих детей цирковыми уродами от рождения. Это книга об относительности нормы, о странности как определяющей составной части личности. Это книга о секте: о том самом комплексе неполноценности, который переходит в манию величия, и слепом подражании и преклонении, рождающемся из отчаяния и собственной пустоты. И еще это книга о детстве.

Вообще-то, по-моему, эта книга в первую очередь — о детстве. О том, какое это жуткое, мрачное, безысходное время, и о том, как слепы и глухи взрослые. Эгоистичные, наивные, зашоренные взрослые, испугавшиеся бездны, в которую и сами когда-то смотрели, и решившие делать вид, что ее просто не существует. Они оставили детей наедине с этой бездной, которая зовет их и в итоге затянет всех — и детей, и взрослых, и весь их построенный на трусливом молчании мир.

Говорят, что это книга о любви, но я любви там не увидела. Болезненная привязанность, одержимость, преклонение, собственничество, поддержка от безысходности, благодарность, страх, самоутверждение за счет других — много чего есть в героях, но с любовью у них как-то не очень. Финальный жест Фортунато мог бы за нее сойти, да и то он скорее (аффективный) акт милосердия, а не любви. И как эхо этого взрыва звучит то, что делает в конце Олли — тоже, разумеется, ради любви. Вообще каждое следующее действие любого из персонажей перекликается с предыдущими действиями других героев, и в этой их явной или скрытой связи, в чехарде причин и следствий негромко, но ясно звучит основная мелодия — нам показывают скособоченный во все стороны мир, в котором все чудовищно реалистично. И этот эффект узнавания по-настоящему пугает.