Цитаты из книги An Accidental Man

Скорбь подлинно горюющего недоступна окружающим. Нельзя передать горе тем, кто не страдает.

Голова на то и дана, чтобы задумывать нечто.

Долго удивляться можно только в молодости, когда есть силы снова испытывать восторг.

Ее невинность была так драгоценна для него, овладение ею он ставил себе в заслугу. Как он любил ее зависимость, даже ее робость перед жизнью была мила.

– Хотим еще вручить вам скромный сувенир в знак признания ваших заслуг перед фирмой.

– Это еще что?

– Книжка. С подписями сотрудников.

– Получается, все знали о моем увольнении?

– Хотели сделать вам сюрприз.

– Чудесно.

С грустью и вместе с тем с гордостью он осознавал, что взял на себя ответственность за другого человека.

Людвигу она казалась драгоценным реликтом, хранительницей женственной утонченности, чего-то почти викторианского.

Я до сих пор чувствую себя так, будто получил удар в живот.

– А я проголодалась.

Ее незамысловатость, веселость, может, даже и глуповатость просветляли его пуританскую печаль. Но он понимал, что это полудитя – не просто милая кошечка. В едва расцветающем бутоне пряталась немалая пробивная сила.

Он сделал шаг – обдуманно выбрал изгнание. И ни о чем не жалел, разве что о родителях. Он был единственным ребенком. Смысл всей жизни для них заключался в том, чтобы помочь ему стать тем, кем так никогда и не стали они

Белые и розовые домики на фоне темно-серого металлического неба. Над парком наверняка повисла радуга. А где-то идет война, бомбы, напалм, смерть и увечья. И где-то там обитают люди, для которых война вытеснила из жизни все остальное.

От нее пахло юностью, душистым мылом, цветами.

– В любом случае сейчас мы пожениться не можем из-за бабушкиной болезни. А вдруг она умрет как раз в день свадьбы?

– Она так тяжело больна?

– Тетка Шарлотта говорит, что при смерти. Но возможно, это лишь теткино сокровенное желание.

– К тому же мама захочет торжественного бракосочетания, значит, на подготовку уйдет очень много времени.

– Неужели нельзя обойтись без этого маскарада? Ты же знаешь, я и без него сделаю все, что ты захочешь.

– Вот я как раз и хочу торжества.

Два сердца бились рядом – каждое в своей клетке.

Грейс, ты меня любишь?

– Разве это не следует алгебраически из того, что я сказала?

– Не хочу алгебраической любви.

Скорбь подлинно горюющего недоступна окружающим. Нельзя передать своё горе тем, кто не страдает. Но и скорбь тоже не вечна.

Тем временем жизнь шла как попало... Он хотел жить так, чтобы ни о чем не жалеть, ничем не владеть, ничего не желать, ни на что не надеяться, но из теории ничего не выходило. Его мысли изменялись, в замыслы проникало нечто непредвиденное и совершенно не нужное... Ранее он считал, что будет хладнокровно выполнять долг, не впутываясь ни в какие тревоги. Но люди занимали его мысли, пробуждали в нем любопытство, возможно, даже злость.

Запад кладет под стекло микроскопа страдание, подумал он, Восток - смерть.

- Тебе известно, что я любила тебя всю жизнь? -сказала она, остановившись перед ним. - Мы шли по жизни разными дорогами. .... - Я сомневаюсь, способен ли ты вообще любить. - О таких вещах не принято говорить.