Вампир Арман

Жизнь в любом случае трагедия. Достоверно известно только одно: всех когда-нибудь неизбежно ожидает смерть.

То, что я открываю тебе свою боль, еще не означает, что я люблю тебя.

В самых глубинах ада, разве демоны не любят друг друга?

Мы остаемся слишком похожими на людей; мы все-таки слеплены по образу и подобию Творца. А что мы можем сказать о нем с уверенностью? Только то, что, кем бы он ни был – Христом, Яхве, Аллахом, – он создал нас, потому что даже он в своем бесконечном совершенстве не смог выносить одиночество.

Я знал только, как велика моя потеря, и потеря эта была сравнима только с моей любовью, а только узнав глубину своей любви, можно как-то почувствовать её величие.

Каждое существо сражается с собственными ангелами и дьяволами, каждое существо рано или поздно делает выбор и становится приверженцем определённой системы жизненных ценностей, без которых немыслимо жить настоящей жизнью.

Нет конца последствиям любого совершенного поступка

Ибо образы меняются, и, то, что сегодня разумно и логично, завтра станет суеверием

Приятно осознавать, что, когда мы се-таки устаем от этого мира, существует восход солеца

Да я создан из луны и звезд, из царственной белизны, составляющей суть как облаков, так и невинности.

Ибо образы меняются , и то, что сегодня разумно и логично, завтра станет суеверием

Так уж устроен этот мир - все уничтожается, и пасть времени не менее кровожадна, чем любая другая.

Что за звезды могут петь такую прекрасную песню, когда весь мир изнывает от диссонанса?

Я прислушивался к голосам, доносившимся с канала, - так поют голоса Венеции, отражаясь от стен домов этого города дворцов.

Если я ангел, рисуй меня с черными крыльями.

Приятно осознавать , что, когда мы все таки устаем, от этого мира, существует ещё восход солнца

Дети тьмы. Мы, вампиры, созданы быть бичом рода человеческого, как эпидемия чумы. Мы - часть испытаний и несчастий этого мира; мы пьем кровь, мы убиваем во славу Господа, который хочет испытать человечество.

Я стоял, погруженный в размышления о своих болезненных воспоминаниях. Я не мог их поймать. Да будет так. Они унеслись в небытие, как листья по аллее, – листья, которые время от времени непрерывным потоком падают, сорванные ветром, мимо окрашенных в зеленый цвет стен из маленьких садиков, устроенных на крышах домов.

Приятно думать, что когда мы, наконец, устаем от этого мира, существует еще восход солнца.

Не бывает добра, основанного на страданиях и жестокости.