Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

Сердце его тянулось к одинокому очерненному отступнику на экране, признавая в нем единственного поборника правды и здравомыслия в мире лжи

Желать можно лишь одного: чтобы она прекратилась. Ничего хуже физической боли на свете нет. Перед лицом боли нет героев, не бывает героев, вертелось у него в голове, пока он корчился на полу, бессмысленно держась за отбитую левую руку.

Знаешь, что я на суде скажу? «Спасибо, – скажу, – спасибо, что спасли меня, пока не поздно».

– Донес-то на тебя кто? – спросил Уинстон.

– Дочка, – сказал Парсонс печально, но и с гордостью. – У замочной скважины подслушивала. Услышала меня – и наутро бегом к патрульным. Недурно для семилетки, а? Я на нее зла не держу. Горжусь ею на самом деле. Значит, правильно я ее воспитал.

Наши нейрофизиологи сейчас над этим работают. Не будет никакой верности, кроме верности Партии. Никакой любви, кроме любви к Старшему Брату. Никакого смеха, кроме выражающего торжество над побежденным врагом. Не будет ни искусства, ни литературы, ни науки. Когда мы станем всемогущими, наука нам больше не понадобится. Исчезнет разница между красотой и уродством. Не станет ни любопытства, ни наслаждения жизнью. Все разнообразные удовольствия будут уничтожены.

Якщо ти зможеш відчуватити, що варто залишатися людиною, навіть якщо від цього немає жодної користі, ти переміг.

В каком-то смысле мировоззрение Партии насаждалось успешнее всего тем людям, которые были не способны осмыслить его.  Их можно заставить поверить в самые ужасные искажения реальности, потому что им никогда полностью не понять ненормальность того, что от них требуется, потому что они мало интересуются общественными событиями и не замечают происходящего вокруг. Именно благодаря нехватке понимания они остаются психически здоровыми.

«Рос каштан посреди луга, Там мы продали друг друга.»

В наши дни правители держав сражаются вовсе не друг с другом. Войну ведёт правящая верхушка против своих подданных; цель войны не захватить территорию или предотвратить её захват противником, а сохранять структуру общества в неизменном виде.

Таким образом, по меркам предыдущих войн, нынешняя война - просто обман. Она подобна поединку между жвачными животными, чьи рога изогнуты под таким углом, что поранить друг друга они не могут.

Сущность войны есть уничтожение, причём необязательно человеческих жизней, а продуктов человеческого труда. Война - способ разорвать на куски, отправить в стратосферу или в морские глубины материалы, которые могли бы сделать жизнь масс удобнее и, в долгосрочной перспективе, гораздо осмысленнее.

Может, безумец - это просто меньшинство из одного человека?

Вернулось прежнее чувство, что не имеет значения, друг О'‎Брайен или враг. С О'‎Брайеном можно говорить. Может, нам нужна вовсе не любовь, а понимание?

Он и сам написал бы то же самое, если бы смог упорядочить разрозненные мысли. Эта книга - труд единомышленника, но наделенного более мощным, системным, свободным от страха умом. Лучшие книги, вдруг онял Уинстон, рассказывают о том, что уже знаешь.