Прежде всего – Марина! И уже после – Белый, дочь, эпоха, поэзия, нравы, современники. Прежде всего – она во весь рост, во всю мощь языка, интеллекта, со своим неповторимым чувством слова, музыкой слов и смыслов. Подзаголовок "моя встреча с Андреем Белым" указует на то, что здесь будет минимум два главных героя, одного из которых мы видим глазами другого. Возможно Белый Марины Цветаевой – это персонаж ее мифа, творимой ею легенды, но рука творца движима любовью, а значит описует она человека "таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители". И, говоря откровенно, для меня портрет Белого кисти Марины Цветаевой стал гораздо интереснее его прототипа. Эта, по сути, эпитафия, написанная на смерть поэта, оказалась неожиданно светлым и искрящимся юмором воспоминанием. Дело тут, видимо, в некоторой комичности портретируемого, но забавны и ремарки автора – чарующая языковая игра, такое, своего рода, интеллектуальное баловство/волшебство. Сразу навскидку: "кипела она и пенилась на моего тихонько отсаживающегося отца"; "разорялась она, вся трясясь бриллиантами"; "осторожно (так по неизбежности просовывают руку в клетку к злому попугаю) вставлял мой отец, опасавшийся раздражать людей, а особенно — дам, а особенно — родственных, а особенно — родственных с нервным тиком (всегда — вся — тряслась, как ненадежно поставленная, неосторожно задетая, перегруженная свечами и мелочами зажженная елка, ежесекундно угрожающая рухнуть, загореться и сжечь"; "поет, охая от жары и жиру, хозяйка-помещица".
6 понравилось
