Black Man

... мы определяем уровень цивилизованности страны по тому, какими правами обладают в ней женщины. Мы опасаемся государств, где женщины до сих пор дискриминируются, и не зря. При расследовании насильственных преступлений справедливо предполагается, что нарушителем, скорее всего, окажется мужчина. Социальное доминирование мужчин в обществе предвещает несчастья и страдания, потому что, в конце концов, все беды от мужиков.

Мне кажется, в глубине души все считают, что это дерьмо на палочке. Потому-то все так одержимо убеждают друг друга в существовании загробной жизни, ведь если ты не можешь заставить другого человека поверить в нее, то собственные сомнения уж тем более не победишь.

Мне кажется, всякий, кто гордится своей страной, либо бандит, либо пока недостаточно хорошо изучил историю.

Монстры, козлы отпущения... Ангелы и демоны, рай и ад, Бог, мораль, язык и закон... Все это метафоры. Гать, чтобы ходить по местам, слишком топким для людей, слишком холодным, чтобы жить там без помощи выдумок. Мы зашифровываем наши надежды, страхи и чаяния, а потом строим на основании этого шифра общество. А потом забываем, что это всего лишь код, и воспринимаем его как факт. Действуем так, будто Вселенной на него не насрать

…чувствовать и делать – это совершенно разные вещи. Вообще-то на Марсе есть такой парень, Сазерленд, так вот он говорит, что люди построили всю свою цивилизацию в зазоре между этими двумя понятиями. Прав ли он?

– Видите ли, давным-давно, – говорил тем временем Явуз, – страх был объединяющей силой. В те времена можно было, используя ксенофобию, сделать страну сильной. Это старая модель, когда национальное государство становится чем-то вроде крепости. Но жить в крепости нельзя, когда вся жизнь зависит от международных связей и торговли. Когда началась глобализация, ксенофобия стала помехой, в терминах Грумбридж – дисадаптивным фактором.

Не существует такой вещи, как путешествия во времени, – снисходительно пробормотал как-то раз Сазерленд, – можно только жить с тем, что ты совершил, и стараться в будущем делать лишь то, с чем ты будешь жить счастливо.

Севджи родидась потому, что в то время считалось, будто рождение ребенка оживляет чувства. - На его лице возникла гримаса. - Довольно странно, если вдуматься, верить в то, что бессонные ночи, отсутствие секса, снижение доходов и вечный стресс, вызванный тем, что приходится прстоянно заботиться о новом беспомощном человеке, может каким-то образом укрепить отношения, которые и без того уже дали трещину.

У них тут есть кое-какие религиозные трения и сложности с оголтелым патриотизмом. Но они решают эти проблемы. Те, кто тут остался, кто не прогнулся под кретинизм фундаменталистов или не нашел более удобное пристанище в какой-нибудь другой стране, – в конце концов они добиваются изменений и держат государство на плаву.

От неудобной правды можно сбежать лишь в неосведомленность. Я не нуждаюсь в удобстве и не приемлю бегства. Мне требуется знать.

Америка раскололась из-за разных представлений о том, что представляет собой могущество. Это грубая мужская сила или женская склонность договариваться? Напор против знаний, доминирование против толерантности, примитивное против сложного. Вера, и Знамя, и патриотическая Песня объединились против Новой Математики, – которой, коль уж говорить, никто, кроме специалистов по квантовой физике, толком не понимает, – Теории Кооперации и Нового Международного Порядка.

Если ты не знаешь ничего о прошлом, у тебя нет будущего.

Если ты позволишь другому человеку управлять своими чувствами и действиями, то проиграешь бой. Вместо этого смотри вперед, шире и там обретешь себя.

- Говорить всегда проще всего. Это производит хорошее впечатление и ничего не стоит.

Привлекательность таилась в недостатках, в морщинках на лице, в почти незаметном плоском шраме на левой руке, вроде бы от ожога, в едва наметившейся седине.

Боль - это всего лишь способ, которым дает тебя знать, чего будет стоить то, что ты делаешь в данный момент.

- Вы можете представить, как это будет выглядеть?

• Вполне. Ничто так не пугает, как хороший монстр.

Рано или поздно каждый из нас вынужден встретиться с тем, что у него внутри.