Цитаты из книги Сказки

Она хотела погреться, бедняжка! — говорили люди.

Чирк! Как она зашипела и загорелась!

– Мне так хочется, чтоб у меня была дочка, хоть самая маленькая!..

– Чего же проще! – ответила колдунья. – Вот тебе ячменное зерно. Это зерно не простое, не из тех, что зреют у вас на полях и родятся птице на корм. Возьми-ка его да посади в цветочный горшок. Увидишь, что будет.

Бабушка! Возьми меня с собой!

Покойная бабушка, единственное любившее её существо в мире, говорила ей: «Падает звёздочка – чья-нибудь душа идёт к Богу».

Дойдя до конца нашей истории, мы будем знать больше, чем сейчас.

Как-то раз дверь широко отворилась, и в комнату ворвались струя свежего воздуха и яркий солнечный луч. Утенка так сильно потянуло на волю, так захотелось ему поплавать, что он не мог удержаться и сказал об этом курице. — Ну, что еще выдумал? — напустилась на него курица. — Бездельничаешь, вот тебе в голову и лезет всякая чепуха! Неси-ка яйца или мурлычь, дурь-то и пройдет!

«Поцелуй ее был холоднее льда, он пронизал его насквозь и дошел до самого сердца, а оно и без того уже было наполовину ледяным.»

Холодно, пустынно, грандиозно!

Снежная королева поцеловала Кая ещё раз, и он позабыл и Герду, и бабушку, и всех домашних.

• Больше не буду целовать тебя, - сказала она. – Не то зацелую до смерти.

«Волны неутомимо катятся одна за другой и сглаживают всё твёрдое, буду и я неутомимой! Спасибо вам за науку, светлые, быстрые волны!»

Да, хорошо жилось детям, только недолго.

Она была прелестна, так нежна, вся из ослепительно белого льда и все же живая!

Все говорили:

• Новый лебедь лучше всех! Он такой красивый и молодой!

«Каждая снежинка казалась под стеклом куда больше, чем была на самом деле, и походила на роскошный цветок или десятиугольную звезду. Это было так красиво!»

везде хорошо, но дома лучше.

Посреди озера стоял трон Снежной королевы; на нём она восседала, когда бывала дома, говоря, что сидит на зеркале разума; по её мнению, это было единственное и лучшее зеркало в мире.

В Китае, как ты, наверное, знаешь, и сам император китаец, и все его поданные китайцы.