Семь светочей архитектуры

Книгу купил в "Библио-глобусе", что на Мясницкой. И купил-то её, вспомнив француза, спроектировавшего здание на Мясницкой, потому как совершеннейшему дилетанту в архитектуре, мне были интересны, как бы это выразиться, идеи общего характера, определенная метафизика архитектуры. Я просто наткнулся в книге на те знаменитые семь принципов, которые провозглашал Рёскин. Красота, Истина, Жертвенность, Смирение, Сила, Память, Жизнь, - метафизика архитектуры по Рёскину. Отсюда - всё то, что эти принципы помогает воплощать. В том числе - многочисленные архитектурные детали. Их описание, да нет, даже простое перечисление, сурово утомляет не специалиста. Автор - человек несомненно и яркий, и глубокий, и как глубокая личность имеет свой стиль. Стиль литературный. Он оказался мне не близким. По-простому - не пошел. Много рассуждений, напрямую не связанных с архитектурой, они начинают утомлять, как утомляют вещи специфические, понятные узким специалистам. Понятно, что иначе и не может быть, поскольку он пишет именно о метафизике архитектуры, отсюда - рассуждения, морализаторство. Уж прошу пардону, но стиль Рёскина напомнил мне, уж точно не к месту, архитектурному, стиль Клеланда с его "Мемуарами". С другой стороны, это - абсолютно стильная литература. Для стильных людей.

Рёскин достаточно тяжёл для чтения, тяжёл настолько, что я составила график по 25 страниц в день. И если философия не впечатляла вас в университете, то вам точно будет не легко. Надо быть готовым к большому количеству размышлений о боге, о его влиянии и на архитектуру, и на жизнь в целом, к подробным описаниям храмов Европы. Говоря прямо, если в "Соборе Парижской богоматери" вас усыпляли описания сводов, окошек и горгулий, то будет достаточно поводов для зевоты). В то же время могу сказать, что было очень интересно посмотреть на мир глазами человека 19 века: как понимались основные ценности, что казалось нормальным, что удивляло, что думал о профессии архитектора, о принципах постройки домов и лавок, железных дорог и вокзалов, о необходимости сохранять памятники архитектуры. Естественно, они отличаются от наших. Наверно, не мне одной захотелось поспорить с автором на их счёт.

Если в мире есть место, где люди лишены душевного и умственного покоя, необходимого для созерцания прекрасного, то это вокзал. Это поистине храм мирской суеты, и архитектор здания может оказать нам одну-единственную милость: по возможности ясно показать, как поскорее из него выбраться.

Я, конечно, за красоту везде, где только можно, но иногда просто ДА. Если вы ни разу не опаздывали на электричку, потому что не могли вовремя найти нужную платформу, то я вам очень завидую.

Вся система железнодорожного сообщения предназначена для людей, которые страшно спешат и потому временно чувствуют себя несчастными и подавленными. Никто не стал бы путешествовать поездом, когда бы имел выбор, — когда бы располагал временем, чтобы прокатиться по холмам и между живыми изгородями, а не по тоннелям и между крутыми откосами; во всяком случае, люди, предпочитающие путешествовать поездом, лишены того острого чувства прекрасного, какое необходимо принимать во внимание при строительстве вокзалов. Железная дорога служит сугубо практическим целям и нужна исключительно для дела.

Здорово, что теперь для многих людей железные дороги стали частью путешествия, есть специальные туристические маршруты. А ещё мне кажется, что мы стали настолько далеки от неторопливости тех времён и простой красоты окружающего мира, что пейзаж за окном поезда уже кажется нам удивительным. Ну и не знаю насчёт торопливости, но мои соседи с курочкой и варёными яйцами точно никуда не спешили, их застолье было более размеренным, чем большая часть моих приёмов пищи.

Пока архитектура самых обычных наших домов не будет улучшена, пока мы не наделим ее масштабностью и смелостью, пока мы не придадим окнам наших домов глубину, а стенам — толщину, я не знаю, как мы можем осуждать наших архитекторов за слабость в более важных работах; их взгляд приучен к узости и незначительности; так можем ли мы ожидать, что они в одно мгновение постигнут и создадут широту и цельность? Им не надо жить в наших городах, в унылых стенах которых навеки замуровано человеческое воображение, как некогда замуровывали нарушивших обет монахинь.

Как всегда время идёт, но ничего не меняется. Проблема, которая будет актуальна всегда и не только среди архитекторов. Красота, конечно, в глазах смотрящего, но сложно создавать что-то прекрасное, если банально нечем вдохновляться.

Ну и напоследок..

Прекрасное здание всегда стоит земли, на которой оно стоит, и будет стоить до тех пор, пока Центральная Африка и Америка не станут столь же густонаселенными, как Мидлсекс; и ни одна причина не может быть достаточно серьезной для его сноса.