Последствия: Долг жизни

- СЕЙ ДРАГОЦЕННЫЙ МОМЕНТ ДОЛЖЕН БЫТЬ СКРЕПЛЕН ОБЪЯТИЯМИ: НЕЖНЫМ, НО КРЕПКИМ СПЛЕТЕНИЕМ ТЕЛ, ПРИ КОТОРОМ ОДИН ИНДИВИДУУМ С СИЛОЙ ХВАТАЕТ ДРУГОГО И СЖИМАЕТ, НО НЕ НАСТОЛЬКО, ЧТОБЫ ЕГО ГЛАЗА ВЫЛЕЗЛИ ИЗ...

- Костик.

Самая колкая реплика, засевшая у нее в голове, словно гвоздь, - что нет здесь никаких "своих". При мысли об этом у нее холодеет кровь, поскольку это означает, что единой Империи больше нет. Их теперь несколько - словно осколки разбитого зеркала. Все они отражают похожую картину, но каждый отдельно...
И видимо, склеить их вместе уже невозможно.

С точки зрения Синджера, Империя сейчас не сильно отличается от него самого, каким он был в тот роковой день на лесном спутнике Эндора - ошеломленный, окровавленный, в окружении трупов, не имеющий ни малейшего понятия, куда идти, что делать или во что, во имя всех звезд, вообще верить.

Империя была едина благодаря тому, что все цепи поводки крепко держала одна рука - рука Императора. Кто их удерживает теперь, когда Императора не стало? Поговаривали, что Вейдер тоже погиб. Тогда кто? Адмиралы? Моффы? Но они всегда были лишь крысами, которых держали в узде коты, а теперь котов больше нет.

- Это ограбление, - говорит Соло, размахивая парой бластеров. - Нам нужен ваш звездный разрушитель.

- Вперед! - кричит Соло и машет рукой. - Угоним звездный разрушитель!

- Мечтать не вредно, куколка, - отмахивается Хан. - Я здесь самый отменный стрелок. Разрази меня гром, может, я даже Силой владею. Надо будет попросить Люка, пусть проверит.

Джес прекрасно его понимает - доверие достается нелегко. Оно похоже на прыжок в пустоту.

Ибо если и есть некая таинственная энергия, благодаря которой вертится Галактика, это вовсе не Сила, но чистейшей воды ирония.

- Синджер Рат-Велус.

Как же одиноко быть главой умирающей Империи!

- Говорят, будто она использует Веджа в качестве посредника.

• Я слышал, они поженились, - вставляет Теммин.
• Ведж и принцесса Лея? - недоверчиво спрашивает Джом.
• Соло и принцесса Лея.
• А...
• И на десерт: она беременна, - хлопнув в ладоши, заявляет Синджер.

In the Empire, you didn't turn down an order. You didn't hesitate. Hesitation meant reprimand. Failure meant Vader making three long strides into your office and pinching your windpipe shut with the power of his mind.

— Я просто… просто хочу, чтобы ты был хорошим человеком, — поколебавшись, говорит Норра. — И чтобы нашел свое место в мире. Не то, которое пытаются указывать тебе другие, а которое тебе подсказало сердце.

Чуи обнимает его и мурлычет.
– Я вернусь. Мы с тобой еще не закончили, и мы обязательно увидимся вновь. Я скоро стану отцом и ни за что не позволю, чтобы ты не поучаствовал в жизни моего ребенка.
Чуи рявкает и скулит, гладя Хана по голове.
– Угу, дружище, знаю, – вздыхает он. – Я тоже тебя люблю.

Я явился с ежечасным докладом. И вот что я вам доложу: мне скучно. До смерти скучно.

– Лейтенант Норра Уэксли, властью, данной мне как последней принцессе Алдераана и верховному кому-то там вооруженными силами Новой Республики... – Лея раздраженно машет рукой. – И далее по списку – приказываю вам называть меня Леей.

– Это ограбление, – говорит Соло, размахивая парой бластеров. – Нам нужен ваш звёздный разрушитель.

Лея уже поняла – это сделал Хан. Если чьи-то действия и могли вызвать столь чрезмерную реакцию, как бомбардировка целой планеты, то только его.

How do you form an Empire? By stealing a Republic. And how do you steal a Republic? By convincing its people that they cannot govern themselves — that freedom is their enemy and that fear is their ally.

It is lonely being the head of a dying Empire.