Цитаты из книги Вилы

А кто такая крепостная актриса? Душа королевы, тело богини, участь рабыни.

В России личный враг страшнее политического.

Такова вся жизнь человеческая, в которой страшнее всего делать очень простой выбор.

Крепко обнявшись, Емельян Пугачев простился с Салаватом Юлаевым. Снова свидятся они уже только за чертой смерти: там, где рай правоверных своим краем сходится с адом православных.

На уровне вульгарного казённого пафоса историю России понимают как череду войн русских с иноземцами - монголами, немцами, поляками, шведами, французами, турками, японцами... Но подлинная, глубинная, сокровенная история России - это война русских с русскими.

Салават Юлаев, батыр и сэсэн, воплотил в себе все бунты громовой эпохи. А драмы XX века показали, что старинные мятежи были не напрасны. Яростная борьба башкир не позволила России превратиться в колониальную империю западного типа. И потому в таких геополитических катастрофах, в каких империи рассыпаются на части, Россия сумела сохранить себя: не развалилась на русскую и тюркскую половинки.

Сейчас все ратные поля вокруг Уфы застроены многоэтажками. В облике Уфы нет и следа былого упрямства. Уфа – город мягкий, южный, добродушный. Над старинными фигурными особнячками в зелени тополей стоят ампирные дворцы, выше дворцов – пёстрые и причудливые азиатские высотки. В Уфе кажется, что рядом – море: оно где-то за крутым обрывом Агидели. А море – это сама Башкирия, то штилевая в лесостепях, то вздыбленная штормом горных цепей.

Конный памятник Салавату в Уфе стал символом башкирской государственности, как Медный всадник – символ российской государственности. Для башкир Салават заслонил собою Пугачёва, но Пугачёв, узнай он об этом, наверное, не возражал бы.

В расцвете царствования Екатерины потребность нации в элите оказалась куда выше, чем потребность элиты в нации. И в этот зазор эволюции прорвался буран казачьей пугачевщины, альтернативный проект России. Чего не хватило дворянству в XVIII веке? Чести. Сословной спеси имелось в избытке, а вот чести не достало. Чести в понимании Петра, то есть гражданской ответственности за свою роль в обществе.

Когда припекло, тогда Пугачев и объявил свободными всех крестьян поголовно. Отмена неволи была не целью бунта, а средством борьбы мятежников со старой элитой, с дворянами.

В пугачёвщину вся Россия от императрицы до холопа читала только два вида текстов: Часослов и манифесты Пугачёва.

Не убийца и даже не конокрад, Хлопуша стал мучеником державного равнодушия.

Озверение - неизбежное следствие бунта.

Стены и башни были нужны Саратову для защиты от калмыков, которые были опасными соседями, вечно падкими на всякие измены. В октябре 1773 года к калмыкам попал манифест Пугачёва: его тайком читали в крепости Ставрополь. Это был не нынешний город Ставрополь. Нынешний, второй «город креста», основан возле Кубани в 1777 году. А на Волге напротив Жигулёвских гор в 1737 году Татищев заложил первый Ставрополь – центр калмыцкого казачьего войска.

На татарские государства Волги зарился ханский Крым, а его подзуживала Турция. Крымские ханы Гиреи потихоньку прибирали к рукам Астрахань и Казань. Но Иван Грозный беспощадно отрубил Бахчисараю руки и забрал Казань и Астрахань для Руси. А русские казаки разгромили татарские города на Иртыше и Яике.

Похоже, сарматы были арийцами, а гунны – тюрками. Но в Великой Степи жили они одинаково. Великая Степь всегда переделывает всех под себя. Это закон.