Сам себя не похвалишь, вот никто не догадается. Перечитываю Байяра и обязательно подчёркиваю: вы слышали, я перечитываю, я впервые читаю на русском, но так-то я читала на английском! Ещё бы, не упомянешь, а потом тебе предъяву сделают. Ведь я сто лет назад писала статью и очень сильно на этот очерк Байяра ссылалась. Что ж, время поговорить не о "Собаке", а конкретно об этом очерке.
Уже основательно снижала оценку, но затем Байяр принялся доказывать реальность персонажей и моя оценка снова вырастает на балл.
Байяр исходит из нескольких неверных предпосылок. Во-первых, он утверждает, что это Холмс заставил Дойла написать "Собаку". Все см. мою статью, Дойла заставил написать книгу его соавтор. И он-то существовал в реале, вернее, в нашей с вами реальности. Так-то поиск настоящего убийцы в "Собаке" - давнее развлечение холмсианцев, но всё проще. Все несуразности книги объясняются тем, что сшивали два замысла - старая идея готического романа и новая идея детектива. Я вам назову и того, кто является убийцей у Байяра, и у холмсианцев (этот человек совпадает), и тот, кто был убийцей по реалу. Это доктор Мортимер. Читайте мою статью, я это доказываю как дважды два, но докажу это тут ещё раз.
Во-вторых, Байяр выстраивает длинные цепочки, где Творец хочет убить творение, но он не учитывает, что Дойл не создавал Холмса. Это причёсанный на английский манер и приобретший самодовольство вместо французской элегантности Огюст Дюпен. Персонаж Эдгара По. Дойл не был гением. Ни в одном его произведении вы следов гениальности не найдёте. И надо воспринимать всё именно таким, как кажется - молодой парень позаимствовал чужого персонажа, сочтя, что он станет паровозом для его других произведений. Или даст подзаработать денег. Но шалость не удалась. Слава обрушилась такая, что не снилась и Дюпену. И вот тут намного сильнее есть вариант "ожившего персонажа", чем в построениях Байяра. Кстати, после чудесного воскрешения из водопада, Холмс стал намного жёстче пинать Уотсона. Потому что параллелепипед. Потому что уже появились спектакли и определённая традиция и Дойл стал подражать не По, а Канону, который сложился даже без него. Если вы не в курсе, то не было никогда охотничьей шапки у Холмса в рассказах, это уже Канон стал складываться сам.
Пришлось прерваться и я уже настрочила две статьи для блога - СПГС и ретеллинг. Ретеллинг выйдет сегодня, а СПГС вышел вчера. Если что, я доказываю в СПГС, что Берил и Джек Стэплтоны действовали заодно. Не буду тянуть резину, Байяр доказывает, что убийцей является Берил.
Это, кстати, самая популярная теория в холмсиане, так как это единственный человек, со слов которого мы узнаём, что Стэплтон вообще был в чём-то виноват. И если бы Байяр высказал всё это намного короче, я бы поставила этому эссе много более высокую оценку. Но Байяру не хватало материала, потому он очень скучно всё размазывает и повторяет, повторяет, повторяет всё по нескольку раз.
Разумеется, Берил в одиночку не смогла бы создать улики против мужа. Потащить его в Лондон в момент, когда доктор Мортимер встречается с Холмсом, найти бороду и мужскую одежду, чтобы устроить "очень подозрительную слежку", мотаться по ночам с целью похитить ботинки. При этом Стэплтон почему-то должен хранить в тайне эту поездку в Лондон, а также то, что он держит на болотах собачку, которую совсем не подозрительно красит фосфором, видимо, открыв в себе зачатки экспериментального собачьего парикмахера (премиальный дог-груминг для рейв-вечеринок). Но в то же время все действия Стэплтона настолько дикие, что и поверить в то, что именно он убийца - тоже невозможно. Как бы местные фермеры отреагировали бы на следы собачьих укусов на теле загрызенного сэра Генри? Не появились бы у них определённые вопросы к друзьям, у которых он в тот вечер столовался? Не поехал бы доктор Мортимер хоть в Индию, хоть на Камчатку, чтобы глянуть на следующего наследника Баскервилей? Ой, дырок в той книге - хоть Печкину отдавай, чтобы он себе очередную шапку с вентиляцией сделал.
Но, заметьте, что люди не пытаются послать Дойла в путешествие по поиску мест, в которых не побывали макаровы телята, они ищут оправдание. Это магия конкретного этого произведения, которое сшивалось из двух клишированных и вдруг из двух половинок получился не монстр доктора Морро, а великолепный готический фантом.
В статье сегодняшнего дня (ваще, я собираюсь вовсю рекламить свой блог и вы не в силах меня остановить!) я делаю ретеллинг на основе первоначального сюжета. Робинсон (соавтор Дойля, напоминаю) не понял, когда следует остановиться, раздеребанил первоначальный сюжет на части и выпустил книгу рассказов, где использовал то один кусок сюжета, то другой. Именно потому я уверена, убийцей изначально был Мортимер. Чтобы никто не ошибся, Робинсон даже даёт имя (фамилию) Мортимер мужику, который убивает каторжника (вот ваще ничё не напоминает, ага). Рассказы читали полтора землекопа и я. Мне это помогло выстроить идеальную литературную теорию. Но в этих полутора землекопах был ещё и сам Дойл. И он-то понял так, что Робинсон издевается в своей книге над тем, что у Дойла получилось. Обещание Дойл изначально не сдержал, имени Робинсона на обложке книги никогда и не было. Но было внутри книги посвящение Робинсону с упоминанием того, что легенду выдал именно он. А после того, как Робинсон выпустил свою книгу и посвящение в следующих изданиях пропало.
Итак, в чём же у нас проблема с доктором Мортимером? Про него есть масса сведений, которые почему-то совершенно не играют в сюжете. Первое - его увлечение френологией. Стэплтон - просто копия своего отца, брата сэра Чарльза (молчу уже о том, что и копия сэра Хьюго). Если Чарли этого не заметил, то как пропустил это доктор, который помешан на строение черепа и лица? Второе - загадочная женитьба доктора. Он жалуется, что из-за внезапной женитьбы потерял надежду стать консультантом в лечебнице. Так что произошло? Ни жены, ни варианта, что она родила "последствие неосторожности". Почему? Потому что начало Дойл писал, пока считал, что возьмёт сюжет Робинсона, включая и личность убийцы, а продолжение - когда уже выдумал свой сюжет.
У нас есть не только пропавшая жена, но и пропавший муж - муж Лоры Лайонс. Учитывая, что Френкленд человек со странностями, он мог выгнать дочь из дому, а Мортимеру пришлось бросать всё и лететь на выручку. То, что Мортимер и Лора в изначальном сюжете были мужем и женой, объясняет и то, как из Лондона доктор попал конкретно в эти болота.
Разумеется, убил доктор сэра Чарльза за слишком большой интерес к чужим жёнам. Никому не показал собачьи следы по той причине, что их и не было. Кстати, вот этот момент Дойлу стоило бы изменить, когда он сделал собаку реальной, потому что действия доктора тоже диковаты. Но вернёмся к первому драфту. Доктор устраивает сэру Чарльзу приступ иным способом, без собак. А выставить виновным хочет Стэплтона, в котором опознал скрывающегося наследника.
А теперь скажу, что не так с Байяром. Он верит в реальность персонажей, в общий для всех персонажей промежуточный мир. И это единственный момент во всём эссе, который я читала с жутким интересом. Но веря в их реальность, Байяр не может установить связь с персонажем. Пусть и чужим. Читала недавно текст Фрай о том, что персонажи дают чистую творческую энергию (особенно, если читать "правильно", то есть с погружением и этому учиться надо), а фанфики - энергия мёртвая, от тех, кто хочет присосаться к чужой. Внутренних противоречий в постулате до хрена. Если фанфикописцу удаётся "присосаться", значит фаники - это тоже способ черпать чистой энергии персонажа. Может, способ более извращённый, но явно более сильный, чем просто "чтение с погружением", так как простого чтения фанфикописцам не достаточно. Фанфики не только пишут, но и читают, а это целая культура. Значит фанфикописцы эту энергию ещё и передают. И я ещё и промолчу по поводу "правильного" эмоционального чтения, которое убивает логическое мышление. Так что фанфик - это попытка контактировать с персонажем через голову его создателя. Пообщаться с кем-то без его родителя.
То, что Байяр не пишет собственную художку (по крайне мере, я не нашла в библиографии) и то, что он не установил с Шерлоком Холмсом эмоционального контакта хотя бы посредством фанфика, заставило его постоянно выстраивать отношения между Дойлом и Холмсом , как "ненавидящий Творец" и "слепой зазнайка". А ведь включи Байяр мысли "чего хочет персонаж", он бы в конечном счёте решил и эту проблему, почему Холмс не видит очевидного, даже с точки зрения "живого персонажа".
Потому что все хотят выставить Стэплтона злодеем. Он и сам пытается это сделать (с помощью жены), так как явно его цель - не убийство Генри, а попытка выдать за него замуж Берил. Это пытаются сделать и Холмс с Дойлем. Потому что Стэплтон.... пдф. Никак не читаются иначе его "зверские" преступления в школе, из-за которых почему-то нельзя обращаться в полицию. Мне кажется, даже Янковский так решил роль, потому всякий раз, как он упоминает о "своих милых мальчиках, о которых так скучает", у меня всё внутри сжималось задолго до того, как я вообще такое слово узнала. Это причина, по которой его убийцей сделал Дойл. Там фраза у Стэплтона, которая трактуется в стиле "кхм-хм" - не единственная. А чего хотел Дойл, захотел и Холмс.
Но есть странность, которая бросалась мне в глаза и в детстве, когда я ещё не пыталась увидеть в Стэплтоне совсем иные черты - не убийцы, но человека ничем не лучше. То, что сэр Генри словно забывает про свою влюблённость в Берил, и едет в кругосветное путешествие с Мортимером (видела теории, где и из этого много чего выводили). Потому что персонажи реально живые. Потому что эту книгу писала не только взаимная ненависть Дойла и Холмса (кстати, вот никак Байяр не объясняет, что после "Собаки" Дойл возродил персонажа и написал ещё несколько десятков рассказов с его участием, то есть понял после "Собаки", что его ненависть к Холмсу исчезла). Эту книгу писали ожившие персонажи. И Справедливость. Справедливость, которая провозгласила, что не получит Берил долгожданного брака, а их с мужем преступления получат только возмездие.
77 понравилось
