На вилле

Как хорошо, что влюбленным симпатизирует весь мир.

Ты дала мне то, ради чего стоит жить. Теперь у меня есть ты и, значит, есть все.

Что толку от юного возраста, когда человек лишен надежд на будущее? Я живу в темнице, из которой мне не вырваться.

Какой нам прок от нашего достояния, если мы им не пользуемся?

Что ж, в каждом стаде есть своя паршивая овца!

Я молод, но знаю: молодость когда-нибудь кончится. Почему же я не должен жить как мне хочется, пока еще есть такая возможность?

Люди говорили мне, что я красива, с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, так что это давно уже меня не вдохновляет. Конечно, красота дает человеку немалые преимущества — глупо было бы этого не сознавать. Но она связана и с некоторыми неудобствами.

• Как я тебе недавно и говорил, полюбишь, если дашь себе волю.

Что хорошего в юности без возможностей?

Если ты женщина, то можешь играть

Однако не выходите больше замуж по любви — это всегда бывает ошибкой.

— Порою на досуге я много читаю, а в жизни моей досуга, как вы знаете, хватает. Старина Сэм Джонсон — один из моих любимцев. У него бездна здравого смысла, и потом, он неплохо разбирается в человеческой натуре. -(Роули).

- «Пусть в мыслях ваших не будет фальши» — так, кажется, говорил доктор Джонсон? Чертовски хороший совет. -(Роули).

— Странные люди эти мужчины. Вы с Эдгаром оба придаете такое значение чему-то совершенно несущественному. Тогда как на самом деле важно лишь одно — что этот бедный, всеми покинутый юноша по моей вине лежит сейчас где-то на склоне холма, под открытым небом, и тело его даже не предано земле. Вот что гнетет мое сердце. -(Мэри).

- Я неплохо знаю женщин и вижу, что вы не из тех, кто может позволить себе быть женой столпа империи. -(Роули).

— Он и есть истинный джентльмен. -(Мэри).
— Куда мне до него! Я ведь джентльмен по рождению, а не по натуре. -(Роули).

Мэри вздохнула, вспомнив о Роули: насколько легче было общаться с этим непутевым бездельником!

Разумеется, он любит ее и его жестоко разочаровало бы крушение его матримониальных планов, но молодая женщина была почти уверена: теперь он от нее откажется, если, конечно, сумеет сделать это так, чтобы его самоуважение не было подорвано.

Этот человек был рабом своей цельной натуры.

Наконец-то сэр Эдгар предстал перед молодой женщиной таким, каким его знала вся Индия, — решительным и безжалостным человеком, хотя и талантливым руководителем.

— Я привык вести честную игру. Правительство мне доверяло, и я никогда по своей воле его не подведу. Человек, занимающий предложенный мне пост, обязан быть чист как стеклышко, да и жена у него должна быть такая, чтобы никто не мог сказать о ней худого слова. -(Эдгар).