Деды

В исторической повести «Деды» широко известного во второй половине XIX века русского писателя Всеволода Владимировича Крестовского описывается время правления Павла I. Основная идея книги — осветить личность этого императора, изобразить его правление не в мрачных красках, показать, что негативные стороны деятельности Павла были преувеличены как современниками, так и последующими историками. В книге ярко обрисованы образы представителей дворянских сословий — вельмож, офицеров, помещиков. Последни...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

28 оценок

5
57%
4
39%
3
4%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 31Хотят прочитать 63

Рецензии

George33 августа 2018 г.
Образ Павла I в другом свете
С большим удовольствием и интересом прочел эту книгу Крестовского, у которого до этого читал только "Петербургские трущобы". Впервые император Павел I предстал передо мной совершенно в ином свете, как мудрый государственный деятель, заботящийся о процветании России и о благополучии ее населения. Из всего того, что я читал и знал о нем раньше, у меня сложилось совершенно иное впечатление. Он казался мне недалеким, мстительным человеком, озлобленным гатчинским сидением, никудышным государем, насаждавшим в России прусские порядки. Единственное, что совпало, так это его взрывной характер, когда он проявлял необузданную злость и совершал действия, о которых потом сожалел.
Очень ярко автор показал Александра Васильевича Суворова и его итальянские и швейцарские походы, а также уже тогда проявившуюся неблагонадежность европейских союзников, что еще раз подтверждает, у России самые надежные союзники - ее армия и флот. Очень актуально сегодня.
Любовная линия сюжета достаточно традиционна.
Читать далее
23
623
Landnamabok12 августа 2020 г.
Наши деды – славные победы!
Как же он, всё-таки, хорош… этот Крестовский. «Деды» - эталон русской исторической повести. Здесь всё выверено – до персонажа, до слова, до мельчайшего исторического события и анекдота. Крестовский – скрупулёзный исследователь. Он исследовал Петербургские трущобы – и вышел роман, исследовал еврейство – вышла трилогия о Тамаре Бендавид. В начале 1875 г. Государь поручает Крестовскому составить историю лейб-гвардии Уланского полка в качестве подарка шефу полка на 25-летие шефствования. И повесть «Деды» – побочный продукт подарка. Ну, понятно, что такое количество интересной информации просто не могло не выпрыгнуть из головы одарённого писателя. И он пишет. Повесть. О Суворове. Александр Васильевиче. Т.е., главный персонаж повести как бы Черепов, но, как бы и нет.
Всё в книге прекрасно – выбор исторического события, исторических персонажей, лёгкая сюжетная канва, ненавязчивый патриотизм и понятное неприязненное отношение героев повести и самого автора к «союзникам». Ну, тут уж само из меня вываливается:

У России есть только два союзника — ее армия и флот. (c) Александр III
Любовная линия – узаконенный каноном атрибут исторической повести. Обычная такая любовь на фоне грандиозных событий. Красивая любовь. 5 главных персонажей повести: дворянин Василий Черепов, его возлюбленная Лиза Харитонова-Трофимьева, её отец – опальный при Екатерине II граф Илия, А.В. Суворов, Павел I. Двое молодых и любящих, двое пожилых и опытных, трое бывших опальных. Интересный расклад.
Описание военной компании А.В. Суворова – выше всяких похвал, особенно – Швейцария и переход через Альпы… Или, всё же, Италия…, сложно выбрать. Борьба Суворова с австрийскими союзническими дипломатами-крючкотворами изображена очень психологично – понимаешь бессилие Суворова как-то этому противостоять, это один из интереснейших моментов повести.
Самое, пожалуй, впечатлившее меня в книге – оправдание Павла I через главного героя – Василия Черепова. Василий Черепов попадал под горячую руку Государя во время его раздражения, под приступы гнева, выгонялся в Сибирь на поселение вместе со всем полком и … повышался в званиях. Особенно понравился Государь в роли свата Черепова. В повести Крестовского Павел I предстаёт абсолютно честным и искренним человеком, достойным правителем, несчастным в силу своего темперамента и пострадавшим за правое дело. Автор не договаривает, но между строк читается причина гибели Государя – месть аристократии за военную реформу, когда после екатерининской роскоши была введена жёсткая дисциплина.
Крестовский верил в то, что писал и это подкупает меня как читателя. Лёгкая, красивая и своевременная книга.
Читать далее
18
506
RinaLevitskaya42624 марта 2020 г.
Немного сложно написать рецензию на эту книгу. Сначала она показалась мне "не очень" - во-первых то, что всё-таки рассчитана на "школьный возраст", а во-вторых - достаточно "мальчуковая", во всяком случае вначале. Немного сложно было читать о всяческих событиях "с датами и фамилиями" (ни то, ни другое я никогда не могла сходу запомнить). А потом - втянулась, то ли сам текст стал более "очеловеченным" )))
Книга описывает начало правления императора Павла, о котором в учебниках толком ничего и не говорится. Помнится, правил недолго, был самодуром, аракчеевщина, его быстренько убили. Но автор даёт картину русского общества, особенно общества высшего, на момент смерти Екатерины и то, какую Россию принял царь Павел - это объясняет многие его решения. И, разумеется, эти решения не могли быть популярными и встречаться на-ура теми, у кого, так скажем, "малина закончилась и послали работать". Позабавили "служащие в армии" младенцы и даже... нерожденные (напомню, что в те времена УЗИ не существовало - интересно, а как выкручивались родители при рождении девочки?) - бардак и абсурд, похоже, неискоренимы сами собой! Император же начал наводить железную дисциплину - не без перегибов и не без самодурства, конечно же. Но автор показывает императора Павла способным прислушаться к голосу разума и "сдать назад" - не могу сказать, так ли это, оставим на совести автора.
Среди дворянства показаны и добрые и честные люди, конечно же.
Часть книги посвящена последнему походу Суворова в Италию. И переходу русского войска под предводительством Суворова через Альпы. И вот тут уже я была потрясена. Нет, про этот переход знала, и даже картину видела, но... Я никогда не задумывалась, какой ценой (и зачем вообще) этот переход был осуществлен. В учебниках не заострялось внимание на предательстве и прямых подставах со стороны "союзников", которые сами же позвали русское войско себе на подмогу; автор обращает внимание на все эти закулисные игры.
Ну и ещё:
весь этот тяжелый поход, все трудности, все бои сместе с солдатами делили и командиры и, на минуточку - сам генерал (ага, не из штаба по телефончику!). Генералу - почти 70 лет. Что такое 70 в 18-м веке, когда и 45-то было ого-го возрастом, вполне себе преклонным? И многие ли современные деды хотя бы в пристойную погоду в качестве спорта смогли бы пройти подобного рода тропой? Это первое.
А второе - вместе со своими солдатами шел и участвовал в боях и сын императора (Константин). Кто сейчас пошлёт своего сынишку, так сказать, на передовую? И это... вызывает уважение.
Очень аккуратно дана лирическая линия, красиво и ненавязчиво. Она довольно-таки предсказуема, но совершенно не излишняя.
В общем и целом, я считаю, что книга достойная и малооцененная, увы. Всё-таки история России (как и других государств) и её деятелей не настолько однозначна, как преподносится в учебниках. Надеюсь, у этой книги появится больше читателей.
Читать далее
7
294

Все рецензии

Цитаты

SaldibarBlinkers31 марта 2019 г.
Каменных церквей в городе было очень немного, и великолепными могли назваться только Александро-Невская лавра да собор Смольного монастыря. Казанский же собор был еще деревянным низким строением, выкрашенным желтой краской, с высокой деревянной колокольней. Собор Исаакиевский, далеко еще не достроенный, представлял собой какую-то мрачную массу, без всякой архитектуры.
2
228
miheevasofja4 апреля 2021 г.
Это большие люди хоронили своего великого человека.
1
84
SaldibarBlinkers31 марта 2019 г.
Все великолепие города Петербурга в 1796 году сосредоточивалось в очень ограниченном и небольшом пространстве между Дворцовой набережной, которая известна была под именем «Сюрлеке» (Sur le quai), Луговой, Миллионными, обеими Морскими и Невским проспектом от Полицейского до Аничкина моста[154]. Центр города составляли окрестности Зимнего дворца, но и в этой лучшей части Петербурга высоких, трех– и четырехэтажных, каменных домов было очень немного.
1
125