Две трагедии

Тоску и грусть, страданья, самый ад -
Все в красоту она преобразила.

Где громко изливается восторг,
Там и тоска льет слезы не в тиши,
Грустит восторг и радуется горе.

Но я еще уверен, что источник
Его тоски - несчастная любовь.

Эти сны - честолюбие. Истинная сущность честолюбия есть только тень сновидения.

Что бы быть добрым, я должен быть жесток.

Надо быть выше суеверий. На всё Господня воля. Даже в жизни и смерти воробья. Если чему-нибудь суждено случиться сейчас, значит, этого не придется дожидаться. Если не сейчас, все равно этого не миновать. Самое главное - быть всегда наготове.

Мы откармливаем всех прочих тварей, чтобы откормить себя, а себя откармливаем для червей.

Кто не в рабстве
У собственных страстей?

Какая-то в державе датской гниль.

Какое чудо природы человек! Как благородно рассуждает! С какими безграничными способностями! Как точен и поразителен по складу и движеньям! Поступками как близок к ангелам! Почти равен богу - разуменьем! Краса вселенной! Венец всего живущего!

Мы откармливаем всяких животных себе в пищу и откармливаем себя в пищу червям.

Умная мысль в глупом ухе спит.

Лишь в чувстве меры истинное благо.

То, что во мне, правдивей, чем игра,
А это всё - наряд и мишура.

Счастливейшие умирают рано.

Здесь, в бренном мире,
Виновный может золотом засыпать
Судей и избежать законной кары.
Но там не так! Там подкупа не знают!
Там видны все дела насквозь, и сами
Мы обвиненье произносим нам.

Но ведь намереньям нашим часто грозят разрушенья,
Часто они забываются, сильны они в миг рожденья,
После слабеют, хилеют, силы теряют свои.
Так на деревьях плоды: на ветвях крепко держится плод;
Но созревает - и собственной тяжестью вниз упадет.
Это всегда так бывает: долг наш забудется нами,
Коль кредитором его не другие, а только мы сами.