
Азбука-Классика. Non-Fiction
sola-menta
- 360 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Пожалуй, после 10 книг прочитанных у автора, пора добавить его в любимые, ведь он так здорово описывает природу, своих любимых животных и встречаемых по жизни замечательных людей. Благодаря его книгам я побывала на островах Корфу и Маврикий, в Африке и Южной Америке, а ведь и ещё много где предстоит побывать, Даррелл - плодовитый автор, так что я с радостью предвкушаю дальнейшее чтение его книг.
Этим летом я читала "Под пологом пьяного леса", часть событий в котором происходили в Аргентине, и в этой книге я снова оказалась здесь. На этот раз автор отправился на юг страны - в Патагонию, а после на север в Жужуй. Первая часть получилась несколько непривычной, ведь описывала не сбор животных, а только любование ими. Автор с женой и несколькими друзьями отправился смотреть на пингвинов, котиков и морских слонов. По пути им, конечно, встречались другие представители мира животных, которые так порадовали натуралиста, что привело к дополнительным милым описаниям в книге. А как здорово он описывал наблюдение за колонией пингвинов, назвав её "морем старых официантов". Много теплых слов у него нашлось для этих милых созданий, читать было сплошное наслаждение. Но не только животным посвящены страницы книг, как и всегда Даррелл находит что сказать о своих новых хороших знакомых, а на пути ему встречается масса замечательных людей. Ещё несколько страниц автор уделил печальной судьбе полностью истребленных патагонских индейцев, наконечники которых он находил на пляже возле колонии пингвинов. После Джерри с компанией отправился на лендровере на поиски морских котиков и слонов и снова порадовал читателей чудесными описаниями этих животных. Про котиков даже есть очень поэтичное описание спаривания.
Во второй части описан как раз сбор животных для зоопарка в тропической северо-западной провинции Аргентины. Туда автор поехал уже один, так как его жена заболела, а Софи осталась в Буэнос-Айресе ухаживать за уже собранными животными. Явно в данной поездке в Аргентину было гораздо больше событий, которые не вошли в книгу. В долине (поселении?) Калилегуа Даррел покупал животных у местных индейцев. Снова страницы наполнены замечательными описаниями людей, животных, событий, природы, разнообразных сложностей. Читала книгу с большим удовольствием.

На мой взгляд, для молодого натуралиста не может быть ничего лучше путешествия в дальние страны.
(Чарлз Дарвин. Путешествие натуралиста вокруг света на корабле "Бигль")
Люблю путешествовать: бродить по лесам/горам, охотится, отлавливать, изучать, наблюдать животных вместе с Джеральдом Дарреллом. Приключения в компании с известным натуралистом всегда отличаются не только познавательным, но и весёлым характером. Очередная биографическая поездка посвящена Патагонии.
Писатель тесно связал её с путешествием Чарлза Дарвина, приближаясь по возможности к пунктам его маршрута и пересыпав своё повествование цитатами-эпиграфами из дарвиновского "Путешествия натуралиста вокруг света на корабле "Бигль".
Как и большинство других чужеземных экспедиций Дж.Даррелла, аргентинское знакомство начинается с таможенной волокиты и сатирического портрета вездесущих синьоров Гарсиа. Бюрократизм в подобных системах привычен во многих странах мира. Аргентина - не исключение, её канцелярщина отличается стройными рядами то ли родственников, то ли однофамильцев.
Настоящая экспедиция берёт начало с самого южного пункта маршрута - с окрестностей Десеадо - обиталища миллионной армии пингвинов.
Любовные игры и датские забавы котиков, пылевые ванны мартинет, стада гуанако, общественные гнездовья нанду, морские слоны под видом валунов - это достопримечательности полуострова Вальдес, находящегося в провинции Чубут.
Провинция Жужуй (северо-западная часть Аргентины) запомнится хозяевами животных - хитрыми, жадными, спокойными, нерадивыми... Чтобы не отлавливать экземпляры в джунглях Жужуя, Джеральд Даррелл первоначально пытался приобрести питомцев у населения, так как многие семьи держали дома различные виды попугаев, карликовых кроликов, диких хищников.
Развеселил очаровательным поведением и неоднозначными высказываниям попугай Бланке.
Хозяин уморенного чуть ли не до смерти оцелота вызвал гнев. Даррелл даже не захотел торговаться за бедное животное, так неприятен был его тиран, представляющийся хозяином. Тут следует уточнить, что торг - важная составляющая акта купли-продажи. Когда женщина спокойно отдала за бесценок прекрасного попугая ара, Луна (проводник) в сердцах воскликнул: "Когда мне встречаются люди, которые, не торгуясь, соглашаются с любой предложенной ценой, я боюсь за будущее Аргентины".
Украшением подобных книг всегда служат встречи с необыкновенными людьми. В "Земле шорохов" есть эпизод, посвящённый самоотверженному исследователю птиц Коко. Зарабатывая гроши на лесопилке, всё свое время и средства он тратил на помощь науке, изучая брачные игры, строения гнёзд, количество и вид яиц в кладке, сколько у различных птиц бывает выводков, мигрируют ли они, а единственной сокровенной мечтой его была кинокамера, чтобы делать важные съёмки для орнитологии...
Каждое путешествие рано или поздно заканчивается.
Джеральд Даррелл спешит заверить, что всё прошло благополучно хоть и не без осложнений и даже рассказывает о дальнейшей судьбе животных, счастливо проживающих в зоопарке.
Расхожая фраза гласит: "Если хотите увидеть, какой Земля была в молодости, приезжайте в Патагонию".

Книга рассказывает о экспедиции Джералда Даррелла в Аргентину. Его покорила природа: равнины Патагонии, он описывает ее как "бесконечная пустыня" и т.д Джералд уделяет много внимание обычаям этой страны( бесшабашное вождение и т.д) Автор очень хорошо описывает животный мир: например описание пингвинов ( от выращивание до поселения) . Книга читается легко а созданные в процессе образы получаются яркими и запоминающимися, призывающими беречь окружающий мир .

В те времена, когда эти места посетил Дарвин, здесь еще обитали остатки патагонских индейских племен, тщетно сопротивлявшихся колонистам и солдатам, которые навязали им войну на истребление. Говорят, что индейцы были неотесанны, не хотели приобщаться к цивилизации и вообще не обладали никакими качествами, за которые они хоть в малейшей степени заслуживали бы христианского милосердия. Словом, подобно великому множеству видов животных, под благотворным влиянием цивилизации они исчезли с лица земли, и, по-видимому, никто не оплакивал их исчезновения. В различных музеях Аргентины можно увидеть немногие оставшиеся после них предметы – копья, стрелы и тому подобное – и неизбежную большую и довольно мрачную картину, которая должна иллюстрировать наиболее отвратительную черту характера индейцев – их склонность к распутству. На каждой из этих картин изображена группа длинноволосых свирепых индейцев, гарцующих на диких скакунах, у их вождя неизменно перекинута через седло белая женщина в прозрачном одеянии и с таким бюстом, что позавидовала бы любая современная кинозвезда. Во всех музеях эта картина почти одна и та же – разница только в числе изображенных индейцев и в пышности груди их жертвы. Это, конечно, очень поучительная картина, но меня всегда озадачивало одно: почему рядом с ней не висят другие произведения искусства, которые изображали бы цивилизованных белых людей, уносящихся на скакунах с соблазнительной индианкой. Такое ведь случалось так же часто (если не чаще), как и похищение белых женщин. История тогда бы получила любопытное освещение. Но тем не менее эти вдохновенные, но плохо написанные картины умыкания имеют одну интересную черту. Сделанные для того, чтобы представить индейцев в самом невыгодном свете, они преуспели лишь в одном: мужественные и красивые люди производят очень сильное впечатление. Больно сжимается сердце при мысли, что они истреблены.

– Нет ничего на свете, что я любил бы больше, чем асадо,– сказал я,– а асадо с народными песнями – это мое представление о рае.

Доброта аргентинцев проявляется с сокрушительной силой, и, высвободившись из объятий семьи Лиллипампила. я чувствовал, что у меня болит каждая косточка.












Другие издания


