Цитаты из книги Волчья ягода

Отчаянная нужда пробуждает такие дремлющие в людях звериные наклонности, о которых они даже не подозревают. Когда дела в обществе идут на поправку, людей еще как-то можно образумить. Но в пору бедствий зверь просто выпрыгивает из них. Хотя есть люди исключительные, благодаря чему человечество еще не извело себя.

Если бы на пороге предприятия каждому простывшему били морду, то одни перестали бы ходить на работу, но нашлись бы и те, кто перестал бы простывать.

Люди любят животных и, помимо того что ласково с ними обращаются, с удовольствием едят их.

Тоталитарный режим не должен вызывать ностальгию, но почему-то в памяти народной луче всех сохранились самые суровые правители, а добрых, если не наградили презрением, то предали забвению. От рождения мы знали самых великих правителей: Ивана IV, Петра I, и Сталина, а остальные были если не ничтожеством, то величинами "так себе". Чуден мир, в котором зло находит оправдание, а доброта в итоге приносит хаос, горе и потрясения.

Про Сталина много плохого можно и нужно говорить, но отрицать мудрость его жестокого правления нельзя. За эти слова меня освищут те, кто гробит сегодня Россию так, как монголы её не гробили, но позволяют себе давать рекомендации о том, как следовало поступить в то время.

На Руси лесники, как правило,воры, на как не-правило существуют и целые династии, которе не будут воровать не из страха перед законом и грехом, а из отвращения к таким поступкам. Прадед был таким, как и дед, и моя мама. Люди отмечали такую неподкупность, но любовью за это не жаловали.

Роль бабушки в моем детстве была безмерна, и я ее не замечал, как не замечают земную атмосферу.

Ужас вперемешку с восторгом впоследствии стали называть экстримом.