Король Зимы

Совесть Мерлина, если она вообще существовала, была лишь шуткой богов. Совесть Артура была его тяжкой ношей.

– Неразумные пекутся о деньгах, – фыркнула Нимуэ.
– Тогда молись богам за неразумных, – рассердился я, потому что именно о деньгах и беспокоился.

Тучи невесомого пепла осыпались в море. Ярче всего горела библиотека. Вспыхивали один за другим сухие свитки, и всполохи пламени выстреливали в небо из недр дворца, словно из преисподней.

Артур, казалось, ослеп и ничего не замечал. Это лето ему виделось началом прочного мира, пришедшего в Британию, но многие, очень многие понимали, что мы живем как бы в несуществующем раю для дураков.

Жизнь-шутка богов, любил повторять он, и тут нет справедливости. Нужно научиться смеяться, сказал мне как-то Мерлин, иначе нахнычешь себе смерть.

Принцесс обычно берут замуж не по велению их сердца, а по сговору, где обладание землями и властью важнее всего. Высокородная принцесса должна ложиться в постель с любым вонючим, обрюзгшим животным, старым козлом, если союз с ним укрепит границы государства.

Впрочем, Артур неспроста посвятил меня в свою тайну. Он всегда умел привлекать людей, завораживать их своей открытостью. Особенно это ему удавалось с людьми молодыми, восторженными.

Мне, ослепленному его появлением, Артур показался белым сияющим богом, сошедшим с небес на землю. Я не мог отвести от него глаз.

Огонь почти угас, и на небе засветились крупные звезды. Одна упала, прочертив в небе белую дорожку, и Галахад перекрестился. Он был христианином, а они считали падающую звезду летящим демоном, вышвырнутым из рая.

– ... Интересно, а что такое верблюд? Ты знаешь, что за штука верблюд, Блайддиг?
– Какая-то разновидность угля, лорд. Кузнецы используют его при изготовлении стали.

С тех пор как мир вышел из младенчества, много прошло по земле красивых женщин и тысячи из них наверняка были прекраснее ее, но едва ли нашлась бы среди них столь незабываемая, как Гвиневера...

Красивой вдовая принцесса не была, но какое значение имело то, что лицо у нее было круглым, как луна, глазки – поросячьи, узкий рот – с кисло опущенными уголками губ, а кожа изрыта оспинами? Великие люди женятся на принцессах не из-за личика, а ради той власти, которую получают в приданое.

Жизнь – шутка богов, и тут нет справедливости. Нужно научиться смеяться, иначе нахнычешь себе смерть.

Я и не представлял, как сильно люблю эти места, пока не покинул их в первый раз.

У них был еще и брат, но он давно уже ушел жить в монастырь на диком берегу Страт Клота, где христианские отшельники занимались тем, что отращивали волосы, жевали сушеные ягоды и читали проповеди о спасении души бессловесным тюленям.

Посвящение - это испытание выдержки. Чтобы выжить в любой переделке, воин должен помнить только одно - подчинение приказу. Сражение - это тоже испытание выдержки. Страх, словно туман, застит твой разум, но выдержка, как прочная нить, выводит из этого хаоса смерти.

(часть третья "Возвращение Мерлина")

– Ты все же побеждаешь свое вожделение, – не унимался я, – и можешь гордиться этим.
– Я и горжусь, но гордыня – еще один грех.

Мучеников создают тираны