Раньше я думал, что отец мне безразличен, считал это великой добродетелью, потому что в безразличии якобы нет снисходительности, свойственной прощению. А на самом деле меня по-прежнему обуревают чувства: презрение, гнев, жалость, ужас, сочувствие и - да, безразличие.
- Сочувствие?
- При мысли о том, как он был несчастен. А когда у меня появились дети и я ощутил всю силу инстинктивного желания их защитить, то был потрясен его намеренной жестокостью по отношению к собственному ребенку и с новой силой его возненавидел.