Холодное время

Семь раз отмерь, но не десять все-таки и не двадцать, добавлял отец, а то весь пар уйдет в свист.

Если долго ходить по кругу, ввинтишься в землю, как шуруп.

Хочешь сохранить секрет, храни его.

Одуванчики, размышлял он, обездоленные слои цветочного общества, их не уважают, попирают ногами и скармливают кроликам. А вот на розы наступить почему-то никому и в голову не придёт. И кроликам их не скормят.

- Я задумался, - сказал он извиняющимся тоном.

• О чем?
• Понятия не имею.

Смех - это защитная реакция на сильные ощущения.

Отец говорил, что, прежде чем действовать, надо семь раз отмерить мысль в уме, никак не меньше, а то можно наделать глупостей, и главное – не больше, потому что так и будешь ходить по кругу. А если долго ходить по кругу, то ввинтишься в землю, как шуруп. И потом уже на поверхность не выбраться.

Когда вещи собраны, мужчина назад не оглядывается.

... вихрь, который приближается украдкой, пугает больше, чем водоворот, внезапно захлестывающий с головой.

Раскрасневшийся от выпитого Виктор налил себе очередной стакан – Адамберг уже сбился со счета – и попытался говорить спокойно. Выпрямив спину не хуже Робеспьера, он принял позу оскорбленного пьяницы, пытающегося не упасть со стула.

Адамберг унаследовал от матери чрезвычайную сдержанность в выражении чувств, которые, говорила она, быстро смыливаются и утекают сквозь пальцы, если слишком много говорить о них.

Копни глубже. У тебя возникла какая-то мысль, но ты ее потерял. Нельзя же так мыслями разбрасываться, hombre. Надо класть вещи на место.

– Вы теперь едите руками? Я хочу сказать – не где-нибудь, а в ресторане “Мейер”?
– Ну да, – сказал Адамберг. – Смелость, смелость и еще раз смелость.

– Есть мнение, что мы тут совсем распустились, – сказал Адамберг, отпивая прямо из бутылки.
Ему совсем не хотелось пива.
– Но у вас дела идут хорошо?
– Неплохо. Благодаря как раз распущенности, я полагаю.

Страхи, порожденные сомнением, растут как на дрожжах, и избавиться от них можно только при помощи твердого знания.

Ночным идеям следует подчиняться. Только смотрите, Эсталер, ни в коем случае не вечерним идеям, они как раз зачастую взбалмошны и губительны.

[..] Когда мы окажемся на Гримсее, я предупрежу их по…” – Амадей нахмурил брови, пытаясь отыскать нужное слово в своей затуманенной памяти. – Алиса Готье употребила какой-то странный термин. Да, он предупредит своих людей по tölva. Tölva – это компьютер, как она мне объяснила. Исландцы изобретают собственные названия, чтобы бороться с американизмами. “Тёльва” переводится как “считающая ведьма”. То есть компьютер, понимаете?

Люди отправляются на край света, чтобы развеяться вдали от родины, но стоит им заслышать соотечественников, как они кидаются к ним, словно верблюды к оазису.