Зов в сумерках

Она только что убила человека, она видела, как Макс убил второго, услышала рассказ об еще одной смерти. А сама сидит и жалеет книгу. Плохо, что мама всю жизнь прививала ей любовь к чтению.

Он в равной степени комфортно чувствовал себя и на шумных городских улицах, и в сельской глуши. Он знал одно — и там, и там нужно работать. А где и что пить, не имело значения. Хороший самогон ничем не хуже дорогой водки. Но и не лучше. Голова по утрам болит одинаково.

Бешеному упырю и десять верст не крюк.

В родной славянской мифологии восставших мертвецов называли упырями. Правильное и емкое слово для этих кровопийц. И никакой романтики. Да и вообще, какая романтика при таком количестве трупов?

- Понятно, - мирно согласился он. - А пистолет у тебя чем заряжен?

• Сейчас обычными, гражданин начальник, - съехидничала она.
• А ты стерва по природе или просто по обстоятельствам? - достойно ответил он.
• По настроению. Это тоже в протокол занесёшь?
• Нет. Это я для себя спрашивал.

Елена проснулась как раз вовремя. Сумерки, фиолетово-розовые, прозрачные, как сигаретный дым, облепили красноватые стволы сосен. А последние лучи засыпающего солнца поползли по земле, как рыжие змейки.

За окном мелькали характерные для средней полосы леса. Русские берёзки с изумрудной листвой, высоченные сосны и разношёрстный подлесок, лениво обнимающий красноватые стволы хвойных великанов. Изредка древесный хор сменяли поля. Кое-где виднелись деревни. Весь этот знакомый до боли пейзаж навевал сон. Однако Елена решила не поддаваться - до пункта назначения ехать оставалось всего сорок минут.