Хроники книгоходцев

— Адепты, почему так долго? — строго спросила Аннушка, ожидающая нас в центре помещения, из которого мы обычно переносились в другие реальности и нереальности.
— Мы опоздали?! — испугалась я, взглянув на часы. — Так мы ведь даже раньше на пятнадцать минут!
— Это неважно, — свела она брови. — Раз я вас уже жду, значит, вы опоздали.

Нельзя отрезать крылья тому, кто рожден летать, как бы сильно ты его ни любил.

Горыныч замолчал, увидев нас, и тут вдруг повисшую паузу разбил детский вопль:
– А-а-а-а! Говорящий трехголовый дракон!
Мой фантом выпучил все шесть гляделок, разглядев эльфёнка, и тоже заорал на три голоса:
– А-а-а! Живой ушастый ребенок!

Не я одна, конечно, а с Карелом. Он же напарник, если меня будут бить, он должен быть в доле.

Сказал, мол, вы что, не знаете Аррона? Всех победить, кого не победил сразу — надавать тумаков и собраться с силами, а потом все равно победить.

Но святые дикобразики! Только я могла умудриться выйти замуж в грязи, в джунглях, рыдая в голос, в слезах и с опухшей физиономией.

И я бы поверила в то, что он со мной флиртует, если бы не его глаза: два дула винтовки. Того и гляди – убьет.

Странно так. Болит душа, а кровоточит сердце...

– Фух! – сыто отвалилась я от стола. – Кто кушал хорошо котлетки, тот может есть теперь конфетки.

У каждой уважающей себя девушки непременно должна быть достойная врагиня. А с тобой враждовать одно удовольствие, хоть ты и стерва. Ты никогда не уступаешь и всегда даешь отпор. Мне есть к чему стремиться.

Пути назад нет, даже если мы оба еще оглядываемся.

– У крыльца стоит стату́я, не пойми о чем толкуя, – от неожиданности в рифму выдала я.
[...]
– У крыльца торчит, ночуя, ду́хов наших не минуя и расплату попой чуя… – понесло меня дальше на стихотворчество.

Американские горки, говорите? Ха! Да метла, сделанная русской ведьмой, вас так прокатит, что вы не то что мамино имя забудете, вы себя-то не вспомните и на всю жизнь заикой станете. Эта одухотворенная зараза крутила нас как космонавтов в самом жутком их испытании, пока мозги с соплями не смешались.

— Вот тебе здрасьте, — фыркнул он. — Значит, убить меня она может. И не жалко ведь… А испортить отношения — нет. Логика у тебя, дорогая подруга, сногсшибательная.
— Какая есть, другой не будет, — невесело улыбнулась я.

Я теперь бессмертный пони...
-Золотова!!!- возмущенно сверкнула глазами магистр Кариборо.- Меня еще никто никогда так не оскорблял! Что вы себе позволяете?!
Ой, оказалось , последнее я прошептала вслух.

— Миш, ты чего? — сделала я круглые глаза. — Видел, какие они тут все пафосные и чопорные? Давай не будем позорить Карела.
— Ладно, — медленно кивнул эльфёнок. — Возложим эту задачу на Ривалиса. Пусть за всех нас отдувается и позорится, он княжич, ему можно.

Вроде взрослая девушка, сына вон умудрилась заиметь эльфийской наружности и по годам старше себя самой, а веришь в сказки.