
Это я, Костичка
Трудно переоценить влияние Лимонова на эту вещь. И ничего удивительного в этом нет, ведь Сперанский любит вождя нацболов до сих пор. В одной из первых же глав (хотя они в этой книге условные) та самая книга и упоминается. Страдания по женщине, имя которой нам не скажут, пронизывают всю книгу. Так страдать от своей страсти нужно уметь. Сперанский умеет. Судя по всему, он в себе эту черту до конца не принимает, поэтому от книги открестился и постарался стереть все упоминания о ней. А зря. Мне она очень понравилась. Среди озабоченного, вожделенного, но милого любовного бреда там есть очень смешные, глубокие, интересные мысли и слова. 7/10




























