Друд, или Человек в черном

Чарльз Диккенс не был лжецом. Но Чарльз Диккенс всегда свято верил в правдивость и истинность любых своих слов по любому поводу - изреченных ли в разговоре, начертанных ли на бумаге. Если наш друг утверждал, что нечто является правдой, он неизменно убеждал себя, что так оно и есть, даже если правдой там и не пахло.

Он пообещал помочь мне со сценарием и «подредактировать текст», из чего я тотчас заключил, что автором будет он, а я просто механизмом для запечатления слов на бумаге.

— Чем же здешние головорезы отличаются от всех прочих, дорогой Хэчери?
— Разница в том, господин хороший, что парни, давеча повстречавшиеся нам, так они отберут у вас кошелек и изобьют до полусмерти, а возможно, и до смерти. Но здесь, в Блюгейт- Филдс… здесь вам перережут глотку, сэр, просто чтобы проверить, не затупился ли нож.

— Но мне показалось, в тот день мы с вами оба встали не с той ноги и произвели плохое впечатление друг на друга.
— Никаких других ног, помимо этих двух, у Дредлса нету, — заявил он. — И ни одна из них не может быть "не той".

«Я хочу бежать от себя самого. Ибо, когда я вдруг заглядываю в собственную душу, как сейчас, я вижу непостижимую, неописуемую пустоту и немыслимое страдание».

хирурги девятнадцатого века имели обыкновение при каждом удобном случае самым непотребным образом просверливать дыры в черепе пациента, словно вырезая сердцевину яблока плотницким буравом, и выдергивать круглый кусок черепной кости, точно пробку из винной бутылки, – причем неизменно с таким видом, будто это самое обычное дело.

Никогда не идите на поводу у желудка, и в конечном счёте ваш желудок полностью подчинится вам.

Я человек современный, инспектор, каковое определение для представителей моего поколения равнозначно понятию "человек, ни во что не верящий".

Сделайте Розанну уличной женщиной, пусть совершенно исправившейся, - и дом леди Вериндер будет осквернен. Сделайте её бывшей воровкой - и читатель увидит великодушие леди Вериндер, которая пытается помочь бедняжке, предоставив возможность зарабатывать на жизнь честным трудом.

С недавних пор в наших с Неподражаемым отношениях возникла лёгкая, но ощутимая напряжённость, объяснявшаяся среди всего прочего и тем, что я подозревал писателя в убийстве.