Сила искусства

Но именно потому, что Тёрнер чувствовал себя теперь, по его словам, «в тысячу раз ближе к вечности», он нашел наконец тему, которая позволила ему создать свои самые знаменитые эпические полотна. Это была тема повторяющихся циклов жизни, смерти и возрождения – но не классических героев, а целых государств и наций.

Тёрнер считал, что независимая жизнеспособность света и цвета – это плод не только поэтического воображения, но и научной мысли.

«Ганнибал» Тёрнера был сенсацией со всех точек зрения. Знатные люди с трудом могли пробраться сквозь толпу к картине.

Если раньше буйство стихий было просто природным явлением, то теперь на холстах Тёрнера оно стало создавать историю. Шквал над Варфдейлом превращается в катастрофу космического масштаба, и большая черная воронка рассеивает воинские ряды, засасывая в свой водоворот тысячи людей.

Быть общественным деятелем-патриотом значило бороться со «старой коррумпированной системой» – синекурами, «гнилыми местечками» (обезлюдевшими избирательными округами, где фактически не было избирателей) и «карманными округами» (преподносившими место в парламенте в дар власть имущим).

Тёрнер, несомненно, был неравнодушен к радуге, знамению божественного завета, небесному шоу со световыми эффектами, где свет, преломленный призмой (в нем всегда было немало от ученого-оптика), распадается на полосы цвета в его наиболее чистом и интенсивном виде. Все эксперименты Тёрнера с цветом, побудившие потомков причислить его к первым модернистам, берут начало от радуги.

Тёрнер научился воспроизводить ту «мистическую оболочку цвета», о которой впоследствии говорил в своем восхищенном отзыве о Рембрандте.

Под руками Тёрнера радуга над озером Баттермер становилась не просто диковинной частью пейзажа, а величественным зрелищем.

Трудно найти в Англии художника, который писал бы более поразительные, ни на что не похожие картины (чем Козенс). Никто другой не умел с таким мастерством передать ощущение возвышенного, создать эстетику экстаза, потрясения, ужаса.

Когда Тёрнер приступил к работе над своими знаменитыми историческими полотнами, именно в изображенных им небесах разыгрывались самые прекрасные или жестокие драмы.