– Вера укрепляет человеческий дух и придает ему огромную силу. Независимо от того, существует Бог или нет. Я столь убедительно молил Бога лишить Франка жизни! Утратив веру, я утратил и свою власть.

– Какое счастье, что вы больше не верите и уже не можете…

– Да. Поэтому второе убийство далось мне не так легко.

— Было бы лучше, если бы вы были тупым скотом, который не испытывает потребности приставать к людям и часами оправдывать свои преступления.
— Неужели вы бы предпочли, чтобы вашу жену изнасиловал и убил такой бульдозер?
— Я бы предпочел, чтобы ее никто не насиловал и не убивал.

Эту женщину я знал лучше, чем кто бы то ни было на свете. Я ее изнасиловал — это уже немало; и я ее убил, а это больше, чем самая интимная близость.

Если вы хотите, чтобы я замолчал, говорите сами. Запомните этот принцип. Он может вас спасти.

...человек — это крепость, а его органы чувств — это двери. И слух защищен хуже всех. Вот почему вы потерпели поражение.

Если уж тебе суждено заболеть чувством вины, повод всегда найдется. От этого никуда не денешься. Такая уж у тебя судьба.

Je me demande ce que les gens de ton espèce font de la pensée. Cela doit te perturber, ce flux mental qui va où il veut, qui peut entrer dans la peau de chacun. Pourtant, c'est bien de ton petit moi que vient cette pensée. C'est inquiétant, ça menace tes cloisons. Heureusement, la plupart des gens ont trouvé le remède: ils ne pensent pas.

Никогда не стоит пытаться повторить то, что было прекрасно. Лучше все равно не получится.

- А жизнь?

• Я уже знаю что это такое. И могу с уверенность сказать, что жизнь не совсем хороша как принято думать.
• Почему же столько людей всеми силами цепляются за неё?
• В этом мире у них есть семья, друзья и любимые. А у меня никого нет...

Уверен, что вы, конечно, всей душой против воровства,но если найдете чемоданчик, полный долларов,то не растеряетесь и с чистой совестью присвоите его себе.

– Но я не уверен, что мне хочется куда-то двигаться вместе с вами.
– Откуда вы знаете! Вы наверняка измените свое мнение, когда я расскажу вам несколько случаев из моей жизни. Например, когда я был маленьким, я убил человека.

Но я испытал куда более сильное потрясение, чем они[кошки]: я понял, что ничем не отличаюсь от кошек

– Так вы по-прежнему верите, что Бог существует?
– Да, потому что я постоянно оскорбляю его.

В двадцатом веке все просто помешались на комплексах.

Я обожаю доставлять неприятности, не запрещенные законом.

— А мнение жертвы вас не интересует?
— Макс Стирнер, «Единственный в своем роде и его особенности» — слышали о таком?
— Нет.
— Ничего удивительного. Это теоретик эгоизма. Окружающие существуют только для того, чтобы доставлять мне удовольствие.

— Причем тут этот романтический бред? Я вовсе не жаждал смерти как таковой, я жаждал, чтобы она убила меня.
— Результат, в конечном счете, один и тот же.
— Представьте себе, что вам хочется заняться любовью, а вам говорят: займитесь лучше мастурбацией, результат, в конечном счете, один и тот же.

Я так и думал: вы неспособны на сочувствие, на сопереживание. Это типично для людей, которых никто не любил в детстве.