«Представить страшно мне теперь, что ты не ту открыл бы дверь, другой бы улицей прошел, меня не встретил, не нашел…»
Непростая книга. Ох, непростая. Внешне – банальнейший любовный роман (автобиографический, впрочем) с ужасно слезливыми мыслями главного героя и алогичными метаниями. А как начинаешь в это погружаться, пытаешься понять персонажей…
История не любви, а больной одержимости, которая очень хочет притвориться этой самой великой и вечной. Герои бьются в клетках своего воображения, мучают себя бессмысленно, а в итоге приносят друг другу исключительно несчастье. Каждый обманут, каждый – страшный эгоист, не способный хоть немного уступить во имя счастья самого «любимого». Понятно, что ничем хорошим это закончиться не может. В любви недостаточно голого стремления к ней, должно быть что-то еще: понимание, забота о чувствах ближнего, схожие взгляды на жизнь. И ничего этого нет у Мориса и Сары – обезумевших влюбленных Грэма Грина.
Морис – писатель средних лет – не собирался влюбляться в замужнюю даму, его изначально вел профессиональный интерес. Он решил написать сатирический роман о большом чиновнике. А Сара как раз жена человека из министерства. Морис расспрашивал ее о привычках ее мужа Генри, интересовался его работой в мельчайших деталях. А потом осознал, что тянет его уже к самой Саре. Ибо она необыкновенно красива.
Конечно же, завязывается интрига – и это на фоне стремительно разгорающейся Второй мировой войны. Между бомбежками Лондона Сара бегает на свидания с Морисом. Муж Генри (к слову, глубоко ее любящий) ни о чем не подозревает, занят делами в министерстве, но Сара не очень-то переживает из-за него. Типичная «собака на сене» – мужа она не любила никогда, но уходить от него не собирается, ибо – «жалко его». В Мориса она, как ей кажется, искренне влюбляется. Но все равно Генри ей важнее. Разве можно его оставить, такого хорошего, такого… невероятно удобного?..
Впрочем, ее можно понять: Морис не тот человек, с которым стоит строить длительные отношения. Он патологически ревнив. Если любовь Сары тиха и нетребовательна, она может простить многое любимому, в т.ч. измену и пренебрежение ею, то Морис не в состоянии простить ей даже невинный взгляд на другого человека. Это страшная, отвратительная в своей обнаженности болезнь. Ему нужно, чтобы Сара была каждую минуту близ него. Стоит ей только выйти от него – и начинаются подозрения. А если она отправилась на свидание с другим (забавно, что к мужу он особо не ревнует)? Хм, она посмотрела на того мужчину – может, он ей понравился? Или это ее прошлый любовник? Или – будущий?.. Он накручивает себя, воображает, как она ему изменяет – и начинает любовь путать с ненавистью. Мучает Сару своими вопросами и требованиями. Своими сомнениями в ее чувствах. Что бы она ни сделала, что бы ни сказала – это его не убедит. Морис просто «убивал» свою возлюбленную. И ей ничего не оставалось, как оборвать этот болезненный роман. Из больных отношений она бросилась в не менее больную «любовь» к Богу, в которой больше самообмана, нежели искренности.
«Для любовника нет ничего хуже неуверенности – самый скучный, бесстрастный брак и то кажется лучше. Она искажает слова, отравляет доверие. В осажденном городе каждый страж – возможный предатель… Каждую ложь я раздувал в измену, даже в самых ясных словах искал скрытый смысл. Я просто подумать не мог, что она с другим, и все время этого боялся, подозревая дурное в случайных движениях руки...»
Казалось бы, роман закончен, лучше оставить в покое женщину, которая тебя «разлюбила». Но нет – Морис не в состоянии оставить объект своей страсти. Появляется возможность – и он устраивает слежку за уже бросившей его Сарой, и все за тем, чтобы разрушить ее новые отношения. Его не оскорбляет сам факт слежки, он ничего не имеет против того, чтобы письма его любимой читал нанятый сыщик, чтобы ее загоняли, как несчастное животное на охоте. Морис не видит в Саре личность, она – лишь объект, и он эгоистически хочет, чтобы она не спала ни с кем, кроме него. Даже через несколько лет после расставания.
На фоне одержимого Мориса Сара кажется разумнее, но и она очень эгоистична. Она прикрывается своей верой в Бога, создает конфликт, по сути, из ничего, лишь бы получилось «драматично», чтобы красиво мучиться. Ее нежелание уйти к Морису (при «большой любви» к нему) объясняется не ее фанатической религиозностью, а страхом – нужно бросить хорошего мужа и выстраивать заново отношения с ревнивым любовником. В итоге и она не любит, а скорее любуется своей «невозможной любовью» и ругает Бога, который – ах, несчастье! – не позволяет им быть вместе (а Бога вы спросили, чего он хочет, а?) А все ее заговоры: «Я поклялась Богу, что оставлю тебя, и я не могу это исправить» – это приятная отговорка.
Кто любит в «Конце романа», так это муж Сары, Генри, и ее поклонник Ричард. Генри знает о любовных похождениях жены, но готов простить ее вопреки собственной боли (а вот Сара с ним считается меньше). А полюбивший ее скорее от отчаяния Ричард действительно видит в ней личность и уважает ее – противоположные его – взгляды. Жаль, что обоих писатель стремится выставить жалкими (оно и понятно, главный герой – его альтер-эго).
Что касается религиозной линии, то близ нелюбви главных героев (и странностей Сары) она кажется натянутой, неестественной. Попытки выставить Сару христианской святой смешны, она и сама не захотела бы этого. Все-таки это книга не о чудесах, а о борьбе с чувствами и о различных способах морального уничтожения близкого своего. Отчасти жалеешь всех (даже главного героя-нытика), но в финале хочется перекреститься: боже, избави меня от таких мужских «любовей»!
Как итог: прочитать стоит, если не отпугивают бесконечные мужские рефлексии о погубленной страсти. Роман достойный, но далеко не всякий сможет им проникнуться. Dixi.
191 понравилось
