Пойми меня, если сможешь.
Лучшая книга Оруэлла.
Помнится, после прочтения "Скотного двора", я была возмущена этим автором до белой пены у рта и зарекалась читать его впредь. Но однажды мой очень хороший знакомый сказал мне: "Почитай, зная твою разумную толерантность, ты его поймёшь. Почитай." Кроме того, сам Оруэлл писал о том, что именно гражданская война в Испании сформировала его политическое мировоззрение.
Итак, я почитала. И я поняла.
Книга эта автобиографична, Оруэлл пишет о днях, проведённых им на полях сражений в Испании в период гражданской войны в качестве иностранного добровольца, своём ранении, участии в вооружённых столкновениях в Барселоне и бегстве из страны.
Сам Оруэлл делит свою книгу на два блока. Главы о военных буднях. И главы о политической подоплёке этой войны, в которых автор делает пометку, что читатель, не интересующийся этой составляющей может их пропустить. Я, естественно не просто их не пропустила, а посчитала самыми важными, ибо, как замечает и сам автор, невозможно полностью понять, что же происходило в Испании 1936-1939 годов без погружения в её политику того времени.
Война - это всегда страшно. Это всегда ужас, боль, смерть и грязь. Ужасно, когда людям приходится защищать свою страну от иностранного вторжения. Но война гражданская ужаснее во сто крат. Где твой враг - брат и друг, с которым ты говоришь на одном языке, живёшь в одном доме, делил хлеб, ходил в одну школу. Гражданская война, по моему глубокому убеждению, похожа на семейный конфликт с поножовщиной на почве разницы в мировоззрении и политических предпочтений.
К 1931 Испания как неограниченная монархия изжила себя. 14 апреля последний король Испании Альфонс XIII бежит из страны и вплоть до 1936 года страна находится в состоянии раздираемого на части пирога. Ни один кандидат, выигравший парламентские выборы, укрепиться во власти не может, соответственно, постоянно ухудшается положение народа.
Основными политическими движениями к 1936 году в Испании были коммунисты, фашисты и анархисты. Надо понимать, что фашисты, представленные сначала Хосе Антонио Примо де Ривера и позднее Франсиско Франко, выступали сначала за восстановление монархии, позднее за установление военной диктатуры. Несмотря на слабую поддержку Испанской Фаланги народом, фашисты оказались группой наиболее многочисленной, но основной перевес в этой гражданской войне у фашистов оказался за счёт поддержки партии регулярной испанской армией, Италией и Германией.
Другие крупные европейские государства - Англия и Франция - оказать поддержку Испании не могли, боясь спровоцировать уже порядком окрепший союз Германии и Италии. Однако, напомню 36-ой год, что есть такое фашизм у власти уже всем ясно-понятно, потому, постоянно балансируя на тонкой грани, максимум, что могла себе позволить Англия - гулять военными кораблями по средиземноморью, вести активную антифашистскую пропаганду в собственных сми и делать вид, что не замечает бесконечных протоков английских добровольцев, утекающих из туманного Альбиона на Испанские поля сражения с фашизмом.
Об этой политике невмешательства, о военных экспертах, которые ни разу близко не видели окопов и едва ли могут найти Испанию на географической карте пишет Оруэлл в "Памяти Каталонии". Пишет пока просто с сожалением и сарказмом, ярость к такому поведению в произведениях у него появится позже, много позже.
Итак, против фашизма в Испании 1936-ого года сражаются бок о бок коммунисты и анархисты, оставшиеся не только без поддержки живой силы, но и без поставок оружия из вне. В одну из таких совместных бригад ополчения приезжает и Оруэлл. Здесь он без прикрас рассказывает о том, что эти формирования практически не имели в своём составе профессиональных военных, о том, что в принципе эти формирования зачастую состояли из мальчишек немногим старше 15 лет, о нехватке вооружения и плохом его качестве, но тем не менее имеющих сильный боевой дух и стремление сражаться за республику всеобщего равенства и социализма.
Однако, к удивлению Оруэлла, правое дело борьбы с фашизмом разбивается о непримиримые политические разногласия между недавними союзниками. Коммунизм здесь сталинский, анархизм - большивистско-ленинский. Нет пока разницы для русского читателя, но гораздо яснее, когда троцкистский и антисталинский, правда же?))
И пока коммунистов с риторикой "Сначала война против фашизма, потом социалистическая революция" поддерживает поставками оружия СССР всё логично и хорошо, с чем соглашается и что отмечает и сам Оруэлл. Но как только разногласия союзников становятся резко полярными, как только умирающих против фашизма анархистов объявляют их пособниками, весь антифашистский фронт летит к чертям собачьим.
Понятно, что всё это порешали где-то там в верхних слоях политической атмосферы. Понятно, что рядовые коммунисты как и рядовые все остальные анти-фашисты не считали друг друга врагами и предателями, но, увы и ах. Когда в союзниках согласья нет, к власти приходит генерал Франко.
И вот с этого самого момента ярость Оруэлла в отношении коммунистического движения, всего, а не только коммунистического движения Советского Союза, если и не разделяется мной, как читателем, но как минимум становится понятна.
Безусловно, ретроспективно обвинить ни Англию, ни Францию, ни СССР не представляется возможным, ибо у каждой страны своя линия внешнеполитического поведения и естественно, как бы цинично это ни звучало, каждый в первую очередь продвигает свои интересы. Но при этом очень сложно остаться объективным, как пишет и сам Оруэлл, когда по тебе ползают окопные вши и 15-ти летнему мальчику не умеющему толком стрелять рядом с тобой оторвало бомбой ноги, а твоего друга, приехавшего сражаться против фашизма, без суда и следствия сажают в тюрьму, обвиняя его в пособничестве фашизму.
P.S: О непростой жизни обычного, гражданского населения, о потери веры в дело революции и попытках вести нормальную жизнь в период гражданской войны в Испании 1936-1939 годов, о попытках продолжать любить и читать книги на руинах разрушенной Барселоны пишет мой любимы Руис Сафон.
65 понравилось
