Бумажная
1295 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Бывают книги, написанные на злобу дня, вслед текущим проблемам человеческого сообщества. Они, как правило, не долго остаются интересны читателю. Однако среди них встречаются те, что остаются актуальны на многие-многие десятилетия. Такова книга «В одном немецком городке». Своей стилистикой псевдо реальности или альтернативной истории она погружает нас в обстоятельства событий, которых не было, но которые очевидно могли бы произойти.
1960-е годы. Германия вновь бурлит демонстрациями. Западная демократия не прижилась. Немцы требуют повернуть политику правительства лицом на восток. Появился новый кумир немцев.
Герой-одиночка вступает в борьбу с неофашистами, стремится обнажить истинное лицо нового «фюрера», в годы гитлеризма занимавшегося разработкой средств массового уничтожения людей. Он пытается пресечь контакты лидера фашистов с правительством.
В этой истории есть то настроение, что напоминает сегодняшнее время.
Европа все больше погружается в пучину страха террористических актов. Правительства не справляются с ситуацией. Значит найдется сила, которая будет самостоятельно пытаться навести порядок. Растет и недоверия между Востоком и Западом.
Необузданная всеобщая толерантность, пестуемая на Западе вызывает в нас недоверие. Потому что крайние политические течения у нас жестко подавляются, а на Западе с ними пытаются договариваться…Так уже было с Гитлером.
Увы, мы понимаем насколько мало изменились люди…

Пропала важная папка из посольства Великобритании в Бонне. Алан Тёрнер пытается во всем разобраться. В результате вскрывается неутешительная правда: на фоне холодной войны между Востоком и Западом последнему важно иметь такого союзника как "встающая с колен" Германия, в которой возрождается культ силы, сильного государства и национализма. Лидером новой Германии становится Клаус Карфельд, который, как выяснилось, проводил при нацистах смертельные эксперименты над неполноценными с точки зрения государства людьми (больными, полу-евреями...), а результаты экспериментов использовал в новой Германии для получения докторской степени. Однако, новой Германии, как и странам Запада, вкл Британию, не хочется рыться в прошлом. Надо быть реалистом и прагматиком, Карфельд полезен. Однако, с этим не согласен Лео Хартинг, который всю жизнь пытался разоблачать бывших нацистских преступников...
Артхаусное повествование романа зачаровывает сплошными диалогами и минимумом действий. Где-то по окончании первой трети книги появляется основная канва - поиск папки и Хартинга. Роман разоблачает лицемерие политиков, сотрудников посольства, в целом, большинста людей, которые "спят" и им удобно "спать", поскольку правда может ранить, может вывести наружу всю неприглядность зыбкого равновесия повседневной жизни.
Мрачный тяжелый роман, сюжет которого мог бы быть удобным в любое время, поскольку он о конформизме каждого из нас, готовых не видеть нелицеприятное и отвратительное. Как считали нацисты, отвратительному не место в жизни. Как ни странно, асболютное большинство до сих пор с ними согласяться.

"книжка-пустышка", сборник небольших рассказов об эпизодах "шпионской деятельности", автор активно нагнетает интерес (щас такое расскажууу!!!), а в итоге оказывается пшик. возможно, книга просто морально устарела: то, что казалось верхом вероломства и изобретательности, сейчас - просто детские игры в песочнице. некоторую гордость вызывает рассказ об активности, непредсказуемости и результативности советских разведчиков, постоянно ломающих игру англичан и перевербовывающих супер-агентов :)

Этот мир – комедия для тех, кто думает и трагедия для тех, кто чувствует.

... самое вульгарное в “холодной войне” то, как мы научились заглатывать нашу собственную пропаганду...
... мы все, конечно же, в какой-то мере этим и занимались на протяжении всей нашей истории. Но во время “холодной войны”, когда наши враги лгали, они лгали затем, чтобы скрыть порочность своей системы. А когда лгали мы, то мы прятали наши добродетели. Даже от самих себя. Мы скрывали то самое, что делало нас правыми. Наше уважение к личности, нашу любовь к разнообразию и аргументу, нашу веру в то, что честно управлять можно только с согласия тех, кем управляют, нашу способность услышать мнение других, особенно когда речь шла о странах, которые мы до смерти эксплуатировали в наших собственных целях.
С нашей предполагаемой идеологической честностью мы принесли в жертву нашу сострадательность великому богу безразличия. Мы защищали сильных от слабых и совершенствовали искусство публичной лжи. Честных реформаторов мы выдавали за врагов, а омерзительных диктаторов – за друзей. Мы даже не находим времени, чтобы спросить себя, как долго еще сможем пользоваться такими средствами, чтобы защищать наше общество, и оставаться обществом, которое стоит защищать... Поэтому не было ничего удивительного, что наши двери были открыты каждому обманщику и шарлатану, занимающемуся антикоммунистическим рэкетом. У нас были негодяи, которых мы заслуживали.















