Цитаты из книги Чума

Только трудно очень,-добавил он,-Я уже давным-давно об этом думаю. Пока мы друга друга любили, мы обходились без слов и так все понимали. Но ведь любовь проходит. Мне следовало бы тогда найти нужные слова, чтобы её удержать, а я не нашёл.

- Кстати, хозяйка эта чистая ехидна, - добавил Гран. - Я сказал об этом Коттару, а он ответил, что я ошибаюсь, что и в ней тоже есть много хорошего, надо только уметь приглядеться.

Вот с этого-то времени возник страх, а ему сопутствовали раздумья.

А ведь кое-кто из них воображал...что они еще действовали как люди свободные, что им еще дано было право выбора.

Однако я обязан вам вот что сказать: при чем тут, в сущности, героизм. Это не героизм, а обыкновенная честность. Возможно, эта мысль покажется вам смехотворной, но единственное оружие против чумы – это честность.

Очень уж утомительна жалость, когда она бесполезна

Да разве можно рассчиывать на чиновников? Не затем они сидят в канцеляриях, чтобы понимать людей.

Люди -- они скорее хорошие, чем плохие...

Чума в их глазах была не более чем непрошеной гостьей, которая как пришла, так и уйдет прочь. Они были напуганы, но не отчаивались, поскольку еще не наступил момент, когда чума предстанет перед ними как форма их собственного существования и когда они забудут ту жизнь, что вели до эпидемии.

– Нам придется взять на себя ответственность и действовать так, словно болезнь эта и есть чума. Эта формулировка была горячо поддержана всеми присутствующими. – А ваше мнение, дорогой коллега? – спросил Ришар. – Формулировка мне безразлична, – ответил Риэ. – Скажем проще, мы не вправе действовать так, будто половине жителей нашего города не грозит гибель, иначе они и в самом деле погибнут.

Тревога — это легкое отвращение перед будущим.

Придавая огромное значение добрым поступкам, мы в конце концов возносим косвенную, но ненамеренную хвалу самому злу.

Друге - таких было меньшинство, - стремились к воссоединению с чем-то, чего и сами не могли определить, но именно это неопределимое и казалось им единственно желанным. И за неимением иного слова они, случалось, называли это миром, покоем.

Каждый носит её, чуму, в себе.

В этом мире мы не можем сделать н одного жеста, не рискую принести смерть.

Сон человека куда более священная вещь, чем жизнь для зачумленных. Не следует портить сон честным людям. Это было бы дурным вкусом, а вкус как раз и заключается в том, чтобы ничего не пережёвывать - это всем известно.

На мою долю остались только короткие вспышки эмоций, лишенные долгого эха, которым их одаряет память. Так чувствуют собаки.

Да, я был злым, что вполне заурядно. И если до двадцати пяти лет я вспоминал о своей злости со стыдом и яростью, то лишь оттого, что не желал быть заурядным. Меж тем сегодня я знаю, что зауряден, и, не находя это ни хорошим, ни плохим, забочусь о другом...

Греки учитывали существование божества. Но не все исчерпывалось божеством.

Против ангажированной литературы. Человек не только общественное существо. По крайней мере он властен над своей смертью. Мы созданы, чтобы жить бок о бок с другими. Но умираем мы по-настоящему только для себя.