Не читайте книжки на ночь. Ночью звуки звучат иначе....
Почему я раньше так недооценивала рассказы? Раньше для меня рассказ казался чем-то скучным и непонятным. Возможно тогда мне не хватало какого-то опыта, чтобы увидеть красоту в краткости. Иными словами сейчас я в полном потрясение от рассказов Лавкрафта. Расскажу по подробнее о каждом, поэтому будьте готовы встретить спойлеры.! (я их люблю, поэтому не боюсь.) 1. Дагон Дагон - бог-рыба. Однажды человек оказался на шлюпке в открытом океане и попал на таинственный остров, где увидел нечто. После чего его начали преследовать страшные кошмары. Это первый рассказ в книге. И, если честно, он впечатлил меня меньше всего. Он короткий и немного смутный. Но все же тень жути он навевал. А также показывал, чего можно ожидать в дальнейшем от Лавкрафта. 2. Из потустороннего мира Один ученый создал машину, которая открывала потусторонний мир. На этом рассказе, признаюсь, я немного испугалась. Я вообще отношусь к любым упоминаниям потустороннего, астрала и т.п., достаточно уважительно, хоть и скептически. Поэтому если представить такому человеку, как я, что кто-то действительно создаст подобную машину - это может слегка вывести из равновесия. 3. Данвичский кошмар В дальней глубинке жило одно семейство. Жители деревни подозревали их в колдовстве и называли малость ненормальными. И вот однажды в этом семействе незамужняя девица понесла, а затем родила ребенка. Но это ребенок буквально рос не по дням, а по часам. 4. Цвет из иных миров На одну ферму упал из космоса метеорит или что-то подобное. Затем он растаял и впитался в землю фермы. Хозяин земли сначала отнесся к этому равнодушно, но затем все на ферме начало меняться. 5. Притаившийся ужас В старом особняке на Вершине Бурь творится что-то ужасное. Один заинтересованный человек захотел разгадать загадку особняка и прежних хозяев Мартинсов. Он узнал тайну исчезнувшей семьи и затем разрушил это место до основания. 6. Серебряный ключ Одному мальчику говорили, что его фантазии бесполезны. Мальчик вырос и стал искать себя, стал искать смысл жизни и красоту мира. Но то, что он видел, не очаровывало. Но самое страшное то, что с возрастом его фантазии и сны блекли и теряли то очарование, которое его восхищало. Мужчина разочаровывался в жизни и захотел вернуть те дни, когда он был ребенком. И тогда он вспомнил про серебряный ключ.
Слишком ясно он видел, сколь мелки, изменчивы и бессмысленны все человеческие надежды и сколь ничтожны и пусты порождающие их импульсы, несовместимые с высокими идеалами, о которых так любят рассуждать философы. Он стал искать спасения в иронии и с усмешкой воспринимал сумасбродные фантазии, сознавая, что в жизни таких сумасбродств и нелепостей ничуть не меньше, однако они напрочь лишены красоты, а в веренице происходящих событий нет ни цели, ни смысла, как утверждали те же знатоки. Он сделался чем-то вроде юмориста, ибо еще не видел, что даже юмор не нужен бестолковой Вселенной, отказавшейся от логики и не нашедшей ей достойной замены. В первые годы своего рабства он решил обратиться к вере отцов и вернуться в лоно церкви. Ему показалось, что там он отыщет сокровенные мистические пути, пособные увести от жизни. Но, приглядевшись попристальнее, он заметил все ту же скудость воображения, поблекшую, болезненную красу, уныние, банальность и напыщенную серьезность, возомнившую себя истиной в последней инстанции. Проповедники поддерживали страхи своих прихожан перед неведомым, и вскоре Картер убедился, то их попытки были весьма неуклюжи. Он испытал горечь, узнав, что для воссоздания и оправдания реальной жизни здесь используют старинные предания, которые их же хваленая наука опровергает на каждом шагу. Эта неуместная серьезность и стремление к доказательствам окончательно охладили его пыл. Картер полагал, что мог бы сохранить любовь к былым верованиям, останься они лишь красивыми, звучными обрядами или неясными фантазиями, обращенными не к уму, а к чувствам. Однако безбожники оказались еще хуже верующих. Если те вызывали у Картера жалость, то отрицатели религии внушали ему подлинное отвращение. Они ниспровергали старые мифы, но взамен предлагали только отрицание. Им не приходило в голову, что красота неотделима от гармонии и достижима лишь в идеале или во сне, а не в бессмысленном космосе. Не думали они и о том, что без снов и воспоминаний человечество не смогло бы противостоять окружающему хаосу. Картер даже не пытался объяснить им, что добро и зло, красота и уродство – узоры бесконечного орнамента и приобретают смысл лишь в связи с ним. Эта связь испокон веков обеспечивала нормальную жизнь и давала нашим предкам возможность думать и чувствовать. Каждый народ и каждая цивилизация вплетали свои узоры в гигантский гобелен мирового порядка, но безбожники не желали слушать об извечных ценностях и сводили бытие к грубым и примитивным инстинктам. Они и сами влачили убогое, никчемное существование, но при этом гордились своим здравомыслием, полагая, что избежали каких-то неясных соблазнов. Это была жалкая иллюзия, ибо соблазны никуда не исчезли и всего лишь на месте старых идолов появились новые. Страх сменился своеволием, а благочестие анархией. Их свободомыслие не нравилось Картеру. Он видел, что они запутались в собственных противоречиях и при всем радикализме суждений не в силах обойтись без мерок строгой морали и долга, а их вера в свободу исключает красоту, хотя вся открытая и познанная ими Природа и ведать не ведала ни о сознании, ни о морали. Сбитые с толку своими представлениями о справедливости, логике премудрость и прежний строй понятий, не сумев уяснить, что эти извечные ценности – единственные мерила добра и зла и маяки надежды в бессмысленном космосе. Без них жизнь постепенно лишалась для отрицателей какого-либо интереса и цели. Желая побороть овладевшую ими скуку, они засуетились перемежалась столь же искусственным возбуждением, пристрастием к варварским зрелищам и буйным, грубым забавам. Однако разочарование наступало слишком быстро и доходило до отвращения. Немудрено, что их единственной отрадой стала желчная насмешка над миром и осуждение общественного строя. Отрицатели никак не могли понять, что эти убогие принципы столь же противоречивы, как и боги их предков, а минутное наслаждение сулит скорую гибель. Спокойная, вечная красота достижима лишь в волшебных снах, но мир предпочел забыть о ней, отринув тайны детства и невинности. Картер чувствовал, как чужда ему эта хаотичная, суетная реальность. Он продолжал жить, не обольщаясь иллюзиями и следуя добрым традициям. Его видения таяли и с каждым днем становились все бесплотнее, но любовь к гармонии удерживала его и не давала свернуть с пути, завещанного предками.
Этот рассказ показался мне немного философским и более личным. Будто автор рассказывал о себе, о своих чувствах и переживаниях. Все невысказанные слова будто вылились в рассказ. 7. Крысы в стенах Потомок одного сбежавшего от правосудия англичанина купил старый замок, который когда-то принадлежал его семье. Замок оказался полуразрушен и ему пришлось отстроить его почти заново. И вот его первая неделя жизни в новом доме, но полчище крыс мешало ему спать. А затем перед ним раскрылась правда его предков. Мало кто любит крыс. Только если они домашние. Но диких, думаю, мало кто вообще жалует. А теперь представьте, что шорох бега крыс слышите только вы и ваши кошки, а другие жильцы дома только замечают странное поведение представителей кошачьих. Это ведь реально пугает. А концовка вообще добивает и вызывает малость мерзкое ощущение... 8. Белый корабль Смотритель маяка увидел белый корабль и отправился в путешествие по неизведанным мирам. 9. Шепчущий во тьме Миф - отголоски правды или вымысел? Ученый-мифолог столкнулся с одной историей, которая опровергала его мнение, что все мифы вымысел и не имели никакой связи с реальностью. Он начал переписываться с одним человеком, который рассказал ему свою правду, с которой он живет поблизости. Этот рассказ я не советую читать на ночь. Из-за него я малость впечатлилась, потому что он казался слишком реалистичным. Но при этом я планирую посмотреть парочку экранизаций этого рассказа, так как он больше всего меня впечатлил из этого сборника. 10. Зов Ктулху Некоторые вещи лучше не узнавать.
Человеческий разум не способен разобраться в своей сущности, и, полагаю, мы должны благодарить природу за ее милосердие. Мы живем на блаженном острове невежества среди черных морей бесконечности, которые нам едва ли суждено переплыть.
Как наследник, один мужчин получил от умершего дяди старый архив. Он его разобрал и столкнулся с одним необычным исследованием. Сначала он отнесся к нему скептически, но затем, все больше погружаясь в историю, стал понимать, что не все открыто людям и что не все нужно людям открывать. В общем могу сказать одно. Оказалось.... Что большая часть божеств ужасов (которые я встречала во время чтения) были выдуманы самим Лавкрафтом. Я этого не знала, и, признаться честно, поверила ему (@_@). Даже пришлось в поисковике вбивать, чтобы узнать, что правда, а что вымысел. Но все же для создания напряжения Лавкрафт часто использовал упоминание древних верований (которые использовали жертвоприношение) или пришельцев из космоса, а также собственное воображение. В итоге теперь я знаю, что мне нужно читать перед написанием триллеров и ужасов, чтобы создать атмосферу ужаса и саспенса.
78 понравилось
