"Сейнион, страдая, смотрел, как погибли еще десять эрлингов. Они отказались сдаться по всем правилам, сказал он себе. Элдред дал им такой шанс. Боль не утихала. Даже после того, как взлетели стрелы, никто не вышел из сильно съежившегося круга и не сдался. Но последние двадцать из них все вместе страшно закричали, и в этом звуке воплотились детские кошмары Сейниона, когда они прокричали имена своих богов в голубое небо, белым облакам. Они бросились прямо на стрелы и мечи двухсот всадников.
«Можно ли вычеркнуть детские страхи таким образом?» — подумал Сейнион, вспомнив, сколько церквей и святилищ и добрых, святых людей сгорело под такие же крики, обращенные к Ингавину и Тюниру.
Он смотрел, как пали первые эрлинги, а потом последние, они сжимали мечи и топоры и не предали своих товарищей. Они погибли в бою, с оружием в руках, и поэтому им приготовлено место в чертогах неувядаемой славы.
Это его ужаснуло, и Сейнион никогда не смог забыть их невероятное мужество. И ненавидел каждого из этих людей и то, о чем они заставили его думать.
Потом на поле наступила тишина. Все это отняло удивительно мало времени." (с)