Цитаты из книги How Late it Was, How Late

Курить надо бросать, вот что. Провел же два дня без курева, чем не начало. Плохо, правда, что дома табак лежит. Кабы не это, Сэмми точно бы бросил.

Если бог существовал, он был мужчиной. Ну, на худой конец, женщиной.

Как-то раз предложил ему травки курнуть, так он не стал, он был мусульманин, не пил, не курил, такого только могила исправит.

Человеку приходится сражаться, друг, никуда не денешься; люди рождаются, растут, а потом им приходят кранты. Вот оно, горе-то - из люльки и прямиком на долбаный погребальный костер.

Таковы люди, и так они думают, худшее, только самое худшее - о тебе, - если им вообще охрип о тебе думать, они думают худшее, друг.

Напиться с кем-нибудь в жопу это тоже способ попасть домой. Ребята и выпивка, знаю, о чем говорю, старый добрый бог распорядитель, вот кто нынче ему нужен. Бухаловка иногда похожа на волшебный ковер. А иногда не похожа.

Кстати, будет полезно, если ты скажешь, что веруешь в доброго всемогущего господа; не важно, в какого именно; ты можешь даже заявить, что веруешь в нескольких -- я имею в виду, в добрых всемогущих господов.

и ни в чем, ну разве в смерти, нет такой тоски и грусти, как в воскресных тротуарах еще сонных городов

Ты хочешь удрать от него (существования), потому как, если не удерешь, тебе не справиться; единственный способ справиться -- это исчезать часов на шесть-семь каждые двадцать четыре.

Если надо сделать дело, ты идешь и делаешь его, слепой там или не слепой. Этому Сэмми давно уже научился - ты мужик, ты не слабак. И потом, не во всем из случившегося виноват только он. Кое в чем да, но не во всем. За все отвечать невозможно; только не в этом мире: в этом мире, друг, точно тебе говорю, ты никогда не отвечаешь за все. Но с другой стороны, и никаких других мудаков винить не приходится, сам все сотворил, так что просто жми, на хер, вперед, занимайся делом, мать-перемать.

Спокойнее. Все путем, друг, спокойнее. Дыши глубже. И размеренно. Ты добрался до сути проблемы, вот что ты сделал, точно тебе говорю, это так, давай ее решать. Ты приглядываешься к ней и видишь, ее можно решить так, а можно этак, а можно и на хер послать, все решение найдено.

Так уж живем, ничего не поделаешь, как будто все протянется вечно. А потом просыпаешься и видишь - тебе кранты, все кончено, друг, вот так.

Но какого хера беспокоиться о том, что не в твоей власти.

Даже если ты обе ноги потерял, тебе все едино необходимо быть крайне осторожным. Все правильно. Просто берешь и подкручиваешь гайки. И не волнуешься, не паникуешь, паниковать-то легче всего, а ты, как почувствуешь, что на тебя паника накатывает, защищайся от нее, ничего и не будет, просто следи за собой - и будь осторожен.

Сон. Поразительное, казена мать, дело. Вот ты лежишь весь закутанный в собственное тело, укрытый им как хрен знает что. Лежишь, как будто ничего больше на свете не существует. Да ты ни хера и не хочешь, чтобы что-нибудь еще существовало. Ты хочешь удрать от него, потому как, если не удерешь, тебе не справиться; единственный способ справиться – это исчезать часов на шесть-семь каждые двадцать четыре. Только так ты и выживешь, других способов ни хрена не существует.

Вообще-то странно – рассказываешь человеку историю, пытаешься втолковать ему что-то важное, и ни фига, ни фига, полный провал. Все не только не получается, как ты хотел, нет, в конце концов, выходит как раз наоборот, мать его, ну точно, в жопу, наоборот, друг. Это не просто непонимание, а полный как бы там ни было.