Siddhartha

– Сиддхартха, сказал он, – чего ты ждешь?
– Ты знаешь.
– Ты так и будешь стоять и ждать, пока не наступит день, полдень, вечер?
– Я буду стоять и ждать.
– Ты устанешь, Сиддхартха.
– Я устану.
– Ты уснешь, Сиддхартха.
– Я не усну.
– Ты умрешь, Сиддхартха.
– Я умру.
– И ты скорее согласен умереть, чем подчиниться воле отца?
– Сиддхартха всегда подчиняется воле отца.
– Значит, ты оставишь свое намерение?
– Сиддхартха сделает то, что скажет его отец.

Первый луч проник в комнату. Брахман видел, как дрожат едва заметной дрожью колени Сиддхартхи, но лицо юноши оставалось спокойным, и глаза его были устремлены вдаль. И тогда понял отец, что Сиддхартхи больше нет с ним, нет на родине, что сын уже покинул его.

Отец коснулся рукой плеча Сиддхартхи:
– Ты уйдешь в лес и станешь саманом. Если ты найдешь в лесу блаженство – приди и научи меня блаженству. Если же найдешь разочарование, то возвращайся и будем снова вместе жертвовать богам. Ну, иди поцелуй твою мать, скажи ей, куда идешь. А мне пора к реке: время первого омовения.

Сказал Сиддхартха:

• Моим глазам видится это иначе, друг мой. То, чему я за это время научился у

• Сиддхартха насмехается надо мной. Созерцанию, задержке дыхания,

• Что такое созерцание? Что такое отрешение от тела? Что такое пост? Что такое

Он смотрел вокруг так, словно в первый раз увидел мир. А мир был прекрасным, пестрым, удивительным и загадочным был мир! Тут было синее, тут было желтое, тут было зеленое, струились облака и реки, вздымались леса и горы, и все — прекрасно, полно загадок и волшебства, и посредине — он, Сиддхартха, очнувшийся, на пути к самому себе. И это желтое и синее, река и лес- все это в первый раз вливалось в глаза и душу Сиддхартхи, не было больше колдовством Мары, не было больше обманом Майи, не было бессмысленным и случайным многообразием мира явлений, “ничтожного” для глубокой мысли брахмана, которая презирает многообразие и ищет единства. Синее было синим, река — рекой, и если в синеве, в реке, в Сиддхартхе и скрывалось единое, божественное, то этот божественный смысл, эта высшая воля заключались именно в том, чтобы здесь было желтое, здесь — синее, там — небо, там — река, а тут — Сиддхартха. Смысл и сущность были не где-то за вещами, а в них самих, во всем.