Очарованный странник

Очень необычная повесть для своего времени. Впрочем, для времени нынешнего - тоже. Этакое житие несвятого святого. Ну или невероятные приключения беглого крепостного Ивана Флягина. Кому как больше нравится)
Что понравилось. Язык. Классная стилизация под речь неграмотного мужика! Какие обороты, какие определения и эпитеты! Я над некоторыми выражениями прямо залипала, стараясь получше их распробовать:)
Вообще герой необычный и примечательный. Однозначно не потеряется на фоне других персонажей повести. Да и на фоне персонажей других известных произведений русских классиков. Его похождения - вольные и вынужденные - я вряд ли забуду. Чего стОит только жизнь среди татар! И эпизод с цыганкой тоже впечатлил. Да, в общем-то, какой отрезок жизни этого очарованно-зачарованного странника не возьми - будет чему удивляться.
Что не понравилось. А, пожалуй, что и ничего.

Скоро экзамен по истории Литературы и дали прочитать большой список произведений. Из этого большого списка (а книг что-то около 50) я отобрал несколько и прочитал еще раз, хотя практически с каждым прозаическим и поэтическим произведением я так или иначе знаком, некоторые надо оживить в памяти, а с некоторыми мне стоило познакомится поближе. У Лескова в том списке значится не только Левша (история о простом русском человеке, сумевшего заковать блоху, выполненную в манере сказа), но и «Очарованный странник», с которым до этого не имел чести сталкиваться. Книга входит в цикл «Праведники» и находиться там под номером «восемь». Композиция сюжета представляет собой «рассказ в рассказе», когда главный герой повести – Иван Северьянович флягин находясь на борту теплохода рассказывает достопочтенным господам о своей жизни, собственно её мы и наблюдаем на страницах этой повести.

Мне было очень интересно читать это произведение, потому что язык повествователя здесь богат на разного рода обороты: от просторечий, характеризующих то или иное сословие, до церковнославянизмов принятых в употреблении на момент написания повести. Самое замечательное в этом произведении, то что читаешь не отрываясь и страниц сто электронного текста можно с лихвой утрамбовать за один день. За главного героя переживаешь, потому что он пустился «странствовать» по сложным жизненным обстоятельствам и тень его скажем так предназначения всегда над ним висит, будет умирать и выживать, пока не найдет свою настоящую смерть.

Из всех приключений Ивана Северьяновича больше запомнилась любовь между главным героем и Цыганкой Грушей, проходящая здесь красной нитью, и самое замечательное что все дороги Очарованного странника в итоге привели к Богу и это замечательно. Книга заставит о многом задуматься и порассуждать о вечных темах, о душе и боге в ней, о любви к родине и чувстве своего достоинства, каким-то совершенно невероятным воспоминанием осталась сцена в трактире где магнетизер избавлял героя от греха пьянства, передавая его на другого человека, при этом очищаясь.

Книгу к прочтению однозначно рекомендую потому что это школьная программа и одна из тех, прелесть которой начинаешь понимать с возрастом, а потому раз от раза возвращайтесь к этому чтению, я обязательно к ней вернусь. Спасибо за внимание и читайте больше книг!

Этим рассказом я в четырнадцатилетнем возрасте добавил еще одного русского классика в свой интеллектуальный арсенал. Остальные произведения Лескова пополнили свой список книг для прочтения . Рассказ я прочитал, если говорить избитыми выражениями, на одном дыхании, или другими словами, за один присест. Но послевкусие после него было горьковатое. Сильно опечалила несчастная любовь Любови Онисимовны и Аркадия и их трагические судьбы. И было неудержимое желание отомстить графу и предателю попу. Несмотря на минорные тона произведения, Лесков понравился мне своим хорошим русским языком, который вызывает ощущения езды на автомобиле по идеально ровной, без рытвин и ухабов, дороге.

«Очарованный странник» - это история крепостного крестьянина, который по глупости своей нечаянно сбежал от хозяев и долго бродил по свету, тоскуя по хозяйским розгам. Однажды (о, ужас!) его даже сделали офицером, после чего он ни к кому не мог поступить в услужение. Потому что негоже пороть офицеров по жопе, коли они накосячат. В конце концов его рабская душа находит утешение в монастыре, где с офицерскими званиями не считаются, ведь все мы, как известно, рабы божьи. Там его по всякому наказывают, морят в подвале по несколько месяцев, а он и рад, сидит себе и благодати преисполняется.

Главного героя зовут Иван Северьянович Флягин, а прозвище у него Голован, потому что из-за его большой головы мать умерла при родах. Мы конечно ни в чем не обвиняем младенца, но подразумевается, что это было его первое непреднамеренное убийство. В последствие он убивает много людей, но как то обычно без злого умысла. Ну как без умысла... Будучи еще совсем мальчишкой Иван Голован убивает монаха кнутом. Вроде нечаянно, похоже смерти ему он не хотел, но он хотел позабавиться избивая старого человека, что как бы тоже не совсем благодетельно.

Автор нам всячески пытается показать, что это герой беззлобный, добродушный. В действительности же, он настолько глуп, что это просто опасно. Мысль в нем еле шевелится. Он не способен планировать наперед, не может брать ответственность за собственную жизнь. И хотя он имеет смутное понимание того, что его должны наказать, настоящего раскаяния за свои поступки он не чувствут.

И этого человека нам преподносят как русского праведника, образцового христианина. (Книга входит в цикл о русских праведниках.) Таким христианская церковь хочет видеть своего последователя. Глупый, ведомый, бесчувственный преступник, чтобы все время грешил и каялся. И конечно же он настоящий патриот и примерный солдат, так как ни видит никакой ценности ни в своей, ни в чужой жизни.

Я знаю, что автор ничего такого скорее всего не имел ввиду, но мне кажется, что эта книга - какой-то манифест против освобождения крестьян. Действительно, такие люди как Иван Голован не должны свободно разгуливать по нашей Родине. Это просто небезопасно. Почитавши таких книжек, хочется вернуть крепостное право и установить за всеми Голованами надзор.

Не смотря на свою неприязнь к главному герою я должна признать, что книга написана хорошо. Здесь есть о чем задуматься, и сам Иван Голован получился очень колоритный. Отдельно следует отметить особый язык. Автор использует много странных старомодных слов и выражений, по видимому, пытаясь подражать простонародной крестьянской речи. Поэтому читать эту книгу тяжелее, чем, например, ее ровесницу «Анну Каренину».

Описывать все злоключения Ивана Голована не имеет смысла, но про некоторые интересные моменты я все же напишу. Мне, например, понравилось читать про его жизнь в плену у степных татар. Чтобы наш герой не сбежал, татары его подщетинили, иначе говоря зашили в пятки рубленный конский волос, так что на них было больно наступать. Не знаю, существовал ли такой обычай в действительности, но на меня, цивилизованную европейскую женщину, он произвел большое впечатление. В остальном плен был не очень жестокий. Пленник жил наравне со всеми, ему дали в жены четырех Наташ (так татары называли всех женщин). Эти Наташи родили ему кучу детей, к которым наш герой отнесся более чем равнодушно и после бегства никогда о них не думал, они ведь некрещенные.

Еще автор описывает интересную татарскую традицию решать споры наперепор. Суть ее заключается в том, что двое мужчин садятся лицом к лицу, упершись ступнями и держась левыми руками, и одновременно порют друг друга. Кто первый не выдержал боли и сдался, проиграл. Опять же не знаю, правда это или выдумка.

Итого: обязательно читать всем, кто стремиться к христианским добродетелям.

Запечатленный ангел совсем небольшая повесть, но насколько она мне по душе пришлась!!
Не так давно открыла для себя Лескова и очень мне нравятся его произведения и даже само воззрение на жизнь и людей. Он не приукрашивает жизнь, показывает и самые неприглядные людские поступки, и в тоже время его произведения очень светлые, наполненные верой в людей, в то хорошее, что в них есть.
Так и эта повесть. И вроде бы маленькая совсем, и при этом очень много в ней всего: и отношения старообрядцев с официальной церковью, и вмешательство государства в эти отношения, и корыстолюбцы и обманщики, и чистые и честные люди, и написания икон. Очень интересно было и окончание повести, достаточно неожиданный поворот. И вроде бы и все объяснено, никакой мистики, а все равно за душу берет.
Читает Козичев неплохо, но можно было чуть и поживее эту повесть исполнить.

Ничего не могу с собой поделать, люблю Лескова! И проходя мимо стенда, с которого хитро поглядывал на меня этот сборник, естественно, не удержалась. Наконец-то! Первый томик Лескова в моей личной библиотеке! Поздравления принимаются :)

Старые и новые знакомые. Очаровательные повести, язык которых многих просто сводит с ума своей "устарелостью", приближенностью к простонародному того времени. А мне нравится, в этот язык окунаешься и плывешь, и пьешь его, как воду из колодца.

А люди! Гении и великаны духа, которые ничего такого в себе не видят. А чудеса! Добрые и ненавязчивые, ничего не требующие от тебя. Хочешь - верь, не хочешь - да вот тебе и "научное" объяснение, лишь бы мир на сердце был. Несовершенство мира, закаляющее совершенство характера, удивительные события, поминаемые без особого удивления - да просто кстати, к случаю... И рассказ, спокойный, мерный, завораживающий...

Ай да Лесков! Вот ведь каждый раз с ним так. Хочу еще! Держись, книжный павильон, я тебя запомнила)))

Язык Лескова потрясающ. Я уже неделю говорю на стилизованном рабоче-крестьянском, и края этому безобразию не предвидится.

Контекст
1872 год. Реакция цветет буйным цветом. Чтобы представить себе, что такое реакция, стоит выйти на улицу, поглядеть по сторонам, вернуться домой, включить телевизор, выключить. Вы наблюдали реакцию. Как себя чувствует человек, живущий в реакционные времена? Наверное, это можно назвать глобальным чувством несоответствия. Что-то неуловимым образом идёт не так. Неуловимость этого ощущения не очевидна, так как всяк про себя как будто понимает, как надо. Однако, если начать излагать это "надо", то всё будет получаться как-то так, что этого вообще не надо, а так как сейчас, вроде уже и ничего, терпимо. Вот, ещё одно хорошее слово - "терпимо". Но вернёмся к несоответствию.
Лесков один из лучших представителей "непопадающих" авторов девятнадцатого века. Проза его носит на себе печать оставленности и одиночества. Получить представление о генезисе этой оставленности можно из "Кадетского монастыря". На этой почве вполне понятен его эскапизм, объединяющий большую часть его текстов. Тут важно обратить внимание на то, что "православие" Лескова весьма далеко от религиозности традиционалиста. Если внимательно присмотреться ко всем около-мистическим переживаниям героев, окажется, что сверхъестественного в них нет ничего, кроме искажений восприятия. Думаю, Лесков с какого-то времени сознаёт себя неверующим или сомневающимся. Православие же становится для него объектом исследования, как психологический, мировоззренческий феномен. "Очарованный странник", с этой точки зрения, представляется отчётом о таком исследовании.
Вся ирония в том, что Лесков таким путем совершенно выпадает из своего времени. Он слишком "религиозен" для либерального крыла и недостаточно дерзок, чтобы его позиция была очевидна консерваторам. Они хватаются за внешнего Лескова, этакого фольклориста-националиста, и совершенно не видят Лескова-социолога. Быть может, не очевидна причина такой конспирации. Однако она та же, что и у Козьмы Пруткова и Ко: прямая критика политико-общественного строя совершенно не возможна, и она протаскивается в печать лишь под маской шутовского ура-патриотизма, к которому очень сложно придраться цензуре. Но как же пафос правдорубцев, как же протесты и демонстрации? Здесь я напомню, что на детство семидесятников пришлись казни и ссылки декабристов, а на зрелость - расстрелы за репосты, каторга за посты (Достоевский и история с петрашевцами - самое показательное в этом роде происшествие). Не стоит удивляться, что диссидентствующая публицистика либо засела по глубоким ущельям, ниже уровня моря, либо истончилась настолько, что могла просочиться между блоками фараоновой цензуры. Печально, что мы сегодня ещё не настолько вымуштрованы, чтобы оценить по достоинству эту утонченность. Хотя, если ещё лет двадцать так посидеть, вероятно оценим и так же писать будем.

Препарат Головы с ПГМ
Для начала, отдадим должное самой подаче. Мы узнаем историю Головы (прозвище героя) не изнутри, а лишь с его слов, как сторонние наблюдатели. Эта дистанция необходимо ставит нас в позицию исследователей и судей, что задаёт тон всей книге, а главное, оставляет право скептически отнестись ко всему услышанному. При прочтении можно выделить три составляющие истории болезни: анамнез, симптоматика (с уточнением анализов) и диагноз. У меня нет желания вдаваться в пересказ книги, а у вас, думаю, желания такой пересказ читать, поэтому лишь вкратце коснусь выводов и замечаний автора.

Животный человек
Как чистый образ объекта исследования (человеческой природы), Лесков предлагает коня. И сразу усиливает этот образ тем заявлением, что кони с завода ему совершенно не интересны. Интерес представляют дикие животные. Во время дрессировки три четверти погибнут, но те, что смирятся и пройдут весь процесс одомашнивания, станут лучшими представителями своего рода, техники, а их возросшая рыночная стоимость окупит все издержки "воспитательного процесса". Эта короткая формула даётся ещё в начале книги, далее тема раскрывается применительно к людям. Каковы же качества "дикого" человека до дрессировки? -Смотри степных татар: они жадны, жестоки до изощрённости. Они тупы и суеверны, с легкостью поддаются манипуляции. Они не признают авторитета кроме силы, христианская "любовь" здесь не является эффективной. По сути, они полностью обесчеловечены. И Голова смотрит на них скорее как на животных, прекрасных в своей дикости, но совершенно лишенных человеческого. На них не распространяется его этика. Я насчитал от четырех жён-наташек и от восьми детей-наташек-колек. В принципе это Голове и не так важно, так как за людей они всё равно не идут, и супружеские/родительские чувства к ним испытывать глупо.
Итак, человеческий материал, с которым приходится работать, - самый примитивный, кроме потенциала ценности он не представляет.

Бичом да калачом
Методика воспитания вкратце изложена в эпизоде с конем-людоедом. Заключается в следующем. Изматывание подопечного иррациональным страхом, подкрепленным реальной болью; доказательство своего превосходства, как более сильного; доведение подопечного до полного изнеможения и смирения. Далее следует оставить о себе последнее - хорошее впечатление ласкового и доброго господина- и скотина в таком случае будет благодарно и преданно служить, пока не издохнет. Последнее уже не так принципиально. (Похоже на комментарий к Ветхому-новому завету)

Сформированное мировоззрение и прогноз
Прокомментировав таким образом историю формирования болезни (представив анамнез), Лесков обращается к современному положению дел и симптоматике. Первое. Выведенная автором аристократия инфантильна, ненадёжна, импульсивна, слаба, очень сильно уступает в лидерских и боевых качествах "диким князьям". Порожденные сорта черни достаточно выносливы, тупы, суеверны и жестоки, но столь себе на уме, что неумелое обращение с их ресурсом слишком развязывает им руки, что приводит к праздному шатанию, пьянству, и они могут быть использованы потенциальным противником. Православие, как идеологическая концепция, даёт свои плоды. Суеверный человек достаточно легко управляется, он нравствен сам по себе, и любит легальную власть интуитивно, что не мешает ему быть жестоким к противнику и тому, кто просто его "ниже". Один из эффективнейших инструментов здесь - прививание иррационального чувства вины, заставляющее пренебрежительно относиться к собственной жизни. Однако система эта весьма устарела и требует сильной модернизации, так как в крайних выражениях уже начинает порождать полусумасшедших идиотов.

Лесков достаточно мягко подаёт весьма жёсткую критику. Он работает как тонкий манипулятор, прямо не высказывающий своей мысли, но создающий условия, в которых его идеи как бы сами рождаются в голове. Я полагаю, он был в некоторой степени мизантропом и циником. Из него мог бы получится хороший политтехнолог. Однако его самая сильная черта одновременно становится и наибольшей его слабостью. За его эскапизмом, исследующим самого себя, теряется прозрачность мысли, и от этого многое в его работе остаётся неявным и непонятым. Лесков - чистый представитель ранней литературы модерна. Он рефлексирует над опытом прошлого, но критика его уже не традиционалистична. Позиция его относительно института религии не отличается радикализмом, она скорее реформаторская. То, что делает его настоящим человеком модерна, это та точка зрения, согласно которой религия не самоценна: она воплощает инструмент влияния, который требует отладки.

Конец девятнадцатого века представляется обычно достаточно смутным для современного читателя. Это печально, ведь многие явления того времени, многие настроения и мысли вполне современны и применимы к нашей действительности.

Книгу я рекомендую. Но ещё больше желаю вам покопаться в контексте, который может раскрыть её совершенно особенным образом.

Бедные школьники! И это произведение входит в школьную программу! Чуть больше ста страниц, которые я мучила несколько дней с перерывами. Было полное ощущение, что я читаю не на русском, а например, на болгарском, когда понятно всё через слово. Ну, так мужичок рассказывал, простой по имени Марк. Работал в артеле старообрядческой, очень верующей. Настолько, что возили с собой на телеге икон множество. А особо ценную, ангела, сам руководитель Лука на груди носил. Приехали они, значит, мост строить под началом англичан, построили жилища временные, подобие храма организовали. И начались тут чудеса...

Так что тут о чудесах то ли истинных, то ли объяснимых с реалистичной точки зрения. Вот даже рассказчик соглашается, что, мол, неважно, какого рода они были. Главное, что Господь чрез них к истинной вере привёл, православной. Вот и вышла история чересчур пафосной и пропагандистской. И я-то темы религиозной не избегаю, но для меня это было чересчур.

Эта история ещё и об отношении к чудесам. У одних чисто потребительское, как у одной пустоголовой барыни (заплачу денег, помолятся и родится у меня дочь). У других, как у Марка, указание пути, которому стоит следовать. Негоже классику ругать. Да я и не буду, но рассказ мне совершенно не понравился. Очень на любителя, хотя я встречала только положительные отзывы.

И небольшая цитата, чтобы оценить язык произведения, а заодно узнать, какими должны быть женщины по мнению рассказчика: