Багровый лепесток и белый

Тела обоих, даже укрытые под одеждой, ощущаются каждым из них как анафема.

В отношении нравственном время ныне стоит странноватое — и для наблюдателя его, и для наблюдаемых: мода вновь напоминает всем о существовании тела, тогда как мораль продолжает настаивать на полном о нем неведении.

Ценой своей бессмертной души Каролина получила право валяться будними утрами в постели и вылезать из нее по собственному, черт вас всех подери, почину.

Однако позвольте избавить вас от потопления в потоке сознания Уильяма Рэкхэма, вернее в этом стоялом пруду, поверхность которого вяло волнуема жалостью к себе.

Жаль, по правде сказать, что мозг Конфетки достался не мужчине, но вынужден стыдливо ежиться, будучи затиснутым и умятым в изящную девичью головку. Какую пользу могла бы она принести Британской империи!

… предпочтительность погребения определяется отнюдь не верой, но социальным и экономическим укладом жизни. Скорбящим друзьям и родственникам необходимо чувство, что усопший уходит от них, сохраняя то тело, которое представлялось их взорам, когда он был еще жив, распад этого тела должен происходить так же неспешно, как распад воспоминаний о нем. Обращать человека в пепел, пока в сознании тех, кто любил его, он все еще живее живого, есть извращение.

…одно Софи знает – воспитанный ребенок должен вести себя так, чтобы его ни видно, ни слышно не было.

Ты относишься к Агнес с чрезмерной заботливостью, а ведь она всего-навсего женщина…

– А где ваш папа? – интересуется Софи.
– Думаю, его нет в живых.
– Это был несчастный случай, мисс, или он ушел на войну?

Мужчины имеют склонность либо погибать от пуль, либо сгорать у себя дома; это Софи уже усвоила.

«Чему можем мы научиться у кошек? - думает Генри. - Возможно, тому, что всякое существо бывает мирным и добрым - пока не проголодается».