The Book Jumper

Книги удивительны. В какой-то миг они подходят к концу, а в следующий просто перелистываются и начинаются заново.

Мой девиз: лучше без вязаной кофты, чем без любимой книги.

..мне стало ясно: настоящих бурь, в отличие от книжных, я не переношу.

Как много есть книг, в которые стоило бы попасть, как много персонажей, с которыми обязательно надо познакомиться.

Книги - моя реальность. Я не могу оставить их в беде.

Самое сложное - разоблачить Чудовище, оно сноровисто и маскируется искусно. Если не приглядываться, от человека его не отличишь. Почти.

Как ни глупо, а у меня в душе имеется болевая точка, крохотная дырочка, через которую вытекает уверенность.

"Чокнутая" может означать что угодно. Например, она ест кору деревьев, носит одежду из шишек и живёт вместе с лесными зверями под открытым небом…

...читатель не должен ни во что вмешиваться. Ни при каких обстоятельствах. Всегда оставайся где-нибудь в стороне - на полях или между строк.

Мое почтение природе да чтению.

– Но почему… я хочу сказать, если хочешь создать новое произведение, почему просто не написать его? – Я ничего толком не могла понять. – Зачем использовать чужие идеи?

До тебя кое-кто из книжных странников тоже проваливал задание, но смерть персонажа была и остается самым серьезным проступком. Надеюсь, тебе это известно.

Здесь нет ни сотовой связи, ни Интернета, и неважно, выложил ли кто-то что-нибудь в сеть.

– Ах! Мои бедные нервы. Почему Лиззи должна была сломать ногу именно в этот вечер? – сетовала миссис Беннет, стиснув голову руками.

– Да, Лиззи поступила бестактно, – улыбнулся мистер Беннет. – Как эгоистично с ее стороны сломать ногу, поставив на карту все свадебные планы!

– Ах! – продолжала стонать миссис Беннет.

Конечно, я слышала о «Маленьком принце». У нас в начальной школе висел плакат, изображавший мальчика на крошечной планете. Но о чем эта книга? Что-то вспомнилось про Лиса, тот вроде бы просил, чтобы его приручили… А кроме этого? И при чем тут пустыня? Я не могла вспомнить ни слова из этой книги, сколько ни старалась.

– Вы хотите сказать, что пропадают идеи?

Феи усердно закивали и подлетели ко мне ближе. Жужжание их крыльев усилилось до гула, мое лицо обдавали воздушные струи.

– Спящая красавица проснулась от столетнего сна и не желает ждать принца, – прошептали они. – У Дориана Грея пропал портрет. Лесной царь исчез. С каждым днем только хуже. Все больше идей исчезает. И это не простые идеи.

– В этом самом пожаре сгорел замок, принадлежащий моей семье? – спросила я.

Глен кивнул:

– Поэтому я и послал вас обеих. Потеря замка – это пустяк по сравнению с тем, что той ночью оказалось утрачено навсегда. Упавший в огонь манускрипт был единственным свидетельством одной эпохальной истории, и когда он сгорел – история оказалась забытой. Оба клана очень тяжело переживали эту утрату. Они посвятили жизнь защите книжного мира, а какая-то нелепая ссора уничтожила важную часть его.

– Какая чудесная книжка, – прошептала она.

– Я читал ее сотни раз, просто читал, хотя мог и запрыгнуть внутрь. – Уилл вздохнул.

Что стоило ему на том и остановиться? Разве обязательно было проникать в книгу и переворачивать весь книжный мир с ног на голову?

– Да, бывают такие книги. Для меня это «Момо», а еще «Гордость и предубеждение», – сказала Эми. – Честно говоря, героев этих книг я люблю больше, чем настоящих людей.