The Dry

Когда человек видит свое имя на бумаге, он, как правило, настораживается.

—  Тебе что, никто не говорил?  — резко сказала Элли.  — Шутки — это когда смешно.

Ты уехал, Люк остался. Виноват, значит, ты.

— Быть задницей и быть убийцей — не одно и то же ...

В голове одна молодая дурь и полное отсутствие инстинкта самосохранения.

Правила. Работают на тебя, пока не начинают работать против тебя.

Нельзя всё время оглядываться на прошлое, это делает тебя слепым.

Худшие погодные условия за сто лет. Подтверждено официально. У погодных условий было имя, которое до сих пор не совсем было понятно, как произносить. Эль Ниньо.
По крайней мере, мухи были довольны.

Мы все нужны друг другу, чтобы выжить.

— Этой парочке мы бы и пятидолларовую купюру за десятку не продали ...

Он знал об этой своей привычке держать людей на расстоянии. Редко кто переходил из разряда знакомых в разряд друзей.

Теперь он смотрел на дом, и перед ним был водораздел, межа, поделившая его жизнь на «до» и «после». Внезапно на него накатил гнев. В основном, на себя. Он вообще не понимал, зачем пришел сюда. Он сделал шаг назад. Просто еще один дом, которому нужен ремонт. Здесь не осталось ничего ни от отца,
ни от него самого.

Я и ты — мы с тобой оба скрыли правду. Если я виновен, то и ты — тоже.

Трудно ненавидеть двух мужчин одновременно.

Где-то теряешь, где-то находишь. Такова жизнь.

Предвечерняя жара обернулась вокруг него, как душное одеяло.

...людям, по большей части, не нравится чувствовать себя виноватыми.

...когда за что-то отвечаешь, гораздо легче, когда знаешь, что происходит. Меньше возможностей налажать.

Легко иметь принципы, когда карманы полны, подумал Фальк.