Свет в океане

И каждое место заслуживает своего названия. Как комната в доме.

Остров... он ни на что не похож. Он сам по себе.

Дети созданы для того, чтобы любить.

- Ты не жалеешь, что встретил меня, Том?

• Я родился для того, чтобы встретить тебя, Изз. Мне кажется, это и было моим предназначением в жизни...

Ты - единственное на свете существо, которое мне нужно в жизни, и ты со мной рядом. Остальное не так важно.

Дитина з неймовірною легкістю обеззброює тебе й заволодіває твоєю душею. Це справжня несподіванка для тебе.

Ізабель гортала словник. Вона знала, що існує слово для дружини, яка стратила чоловіка, - тепер вона вдова. Чоловік ставав удівцем. Але для батьків, які стратили дитину, не було жодного спеціального слова, щоб описати їхнє горе. Вони, як і раніше, просто мати чи батько, навіть якщо більше не мали сина або дочки.

Вона трепетно спостерігала, як росте й квітне її щаслива донька. Вона насолоджувалася щоденними відкриттями цієї маленької істоти: як вона навчилася перевертатися, почала повзати, видавати свої перші нерішучі звуки.

Материнство – така таємнича справа. Наскільки сміливою має бути жінка, щоб зважитись на це…

Завтра обязательно наступит новый день.

Силы окончательно ее покидали. В ней больше не было желания сопротивляться. Ее жизнь разбилась на мелкие осколки, которые уже никогда не удастся собрать воедино. От осознания чудовищности происходящего мысли лишались всякой опоры и беспорядочно устремлялись вниз, в глубокий черный колодец, где был только стыд, страх и чувство безвозвратной утраты.

Любовь к ребенку выходит за рамки категорий добра и зла. Она знала женщина, рожавших от мужей, к которым питали отвращение, или, хуже того, от насильников. И все же они любили своих детей неистово и исступленно, хотя и испытывали ненависть к тем, кто волей судьбы оказался их отцом. Виолетта знала, что от любви не бывает лекарств.

Машина времени и пространства продолжала работать, перемалывая в своих жерновах людские судьбы.

Он составлял список дел, будто мысленно вырубал ступеньки, по которым мог выбраться в мир, где останется самим собой.

На лицах близких надолго застывало выражение как у сбитых с толку игроков, которым сообщили, что правила игры внезапно изменились. Они из всех сил пытались радоваться самому факту, что их мужчины пострадали не зря и внесли свой вклад в чудесную победу добра над злом. Иногда им это удавалось, и они проглатывали крик злого отчаяния, который так и норовил отрыгнуться, как принесенный в зобе птенцам корм.

Смерть звичайно візьме гору над життям, трава ростиме над їхніми могилами, аж поки їхня історія не стане просто невідвіданим надгробком.

Він спостерігав за тим, як океан піддавався ночі, знаючи, що світло з'явиться знову.

Кожен кінець - це початок ще чогось