Где живет счастье

Сью, а ты никогда не задумывалась о том, что человек сам делает себя счастливым? Или несчастным?

- Надо же, каждый почему-то считает себя крупным специалистом в чужих делах! Каждый знает, что я чувствую. Что должна чувствовать. И советует мне принять сложившееся положение вещей и прекратить жаловаться на жизнь.

Она делила людей на два типа: "водостоки" и "радиаторы". "Водостоками" она называла тех вечно несчастненьких, что мучили окружающих своими проблемами, питаясь их жизненными силами... А "радиаторы" - это люди вроде Джесс. Она нас всех согревала.

Именно упорное стремление всегда стоять на страже справедливости больше всего и раздражало её в муже.

Оказывается, иногда самое простое решение может полностью изменить жизнь.

Короткая память и чувство юмора - вот залог успешного брака.  Именно так говорила ей бабушка, хотя сама явно не обладала ни тем ни другим.

Он отнюдь не был суеверным человеком, но иногда просто необходимо следовать за знаками судьбы. Ведь то, что он до сих пор от них отмахивался, явно не пошло ему на пользу.

Она наградила меня очередным испепеляющим взглядом, из числа тех, которые матери специально приберегают для дочерей.

Она улыбалась милой, лучезарной улыбкой, надеясь, вопреки очевидному, что если ей удастся сохранять безмятежный вид достаточно долго и уговорить себя, будто она живет нормальной жизнью, то в один прекрасный день видимость душевного равновесия станет явью.

– Счастлив ли я? Без понятия. Но по крайней мере, сейчас я счастливее, чем раньше.
– И этого достаточно?
– Я не знаю, какого ответа ты от меня ждешь. Сью, а ты никогда не задумывалась о том, что человек сам делает себя счастливым? Или несчастным?
– Что?
– Все эти бесконечные вопросы. Все это самокопание. Я счастлива? Я несчастна? Этого достаточно? Тебе не кажется, так недолго себя и в могилу свести? Словно… ты вечно ищешь повод, чтобы попереживать. Вечно меряешь себя по меркам других.

- Сюзанна не любит цветы, - усаживаясь за прилавок, заметил Нил. - Потому что приходится мыть вазу.

Но она не умела врать. Ведь пока будешь вспоминать, что кому говорила, неприменно сядешь в лужу.

Иногда ей становилось легче, когда она встречала пары, ещё более несчастливые, чем они, а иногда - тяжелее, словно это в очередной раз доказывало, что кипящие на медленном огне обида и разочарование - неприменные атрибуты супружеской жизни. Но ужаснее всего было видеть тех, кто был по-прежнему влюблен друг в друга.

Гораздо легче смириться с утратой любимого человека, находя утешение в том, что он, по крайней мере, счастлив. Ведь в этом и заключается настоящая любовь, разве нет? В любом случае, в пожелании счастья тому, кого любишь.

Её слова звучали крайне глупо даже для нее самой.

Если ты будешь гипнотизировать взглядом чайник, он никогда не закипит, в свое время говорила ей мама.

В последние десять лет единственным гимнастическим упражнением Розмари было налить воды в кошачью миску.

Строить планы никогда не вредно.

Как можно продавать кофе в городе, жители которого не знают слова "эспрессо"?

Если честно, её скорее пугало не постоянное отсутствие мужа, а то, что она отлично к этому приспособилась.