Цитаты из книги Crime & Punishment

"Ну что это за вздор такой я сделал, — подумал он, — тут у них Соня есть, а мне самому надо". Но рассудив, что взять назад уже невозможно и что все-таки он и без того бы не взял, он махнул рукой и пошел на свою квартиру. "Соне помадки ведь тоже нужно, — продолжал он, шагая по улице, и язвительно усмехнулся, — денег стоит сия чистота... Гм! А ведь Сонечка-то, пожалуй, сегодня и сама обанкрутится, потому тот же риск, охота по красному зверю... золотопромышленность... вот они все, стало быть, и на бобах завтра без моих-то денег... Ай да Соня! Какой колодезь, однако ж, сумели выкопать! и пользуются! Вот ведь пользуются же! И привыкли. Поплакали, и привыкли. Ко всему-то подлец-человек привыкает!"

"Совесть без Бога есть ужас, она может заблудиться до самого безнравственного." ••• Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти! - Мармеладов Семён ••• ...ведь надобно же, чтоб у всякого человека было хоть одно такое место, где бы и его пожалели! - Мармеладов Семён ••• …чтоб обознать какого бы то ни было человека, нужно относиться к нему постепенно и осторожно, чтобы не впасть в ошибку и предубеждение, которые весьма трудно после исправить и загладить — Пульхерия Александровна в своём письме к Роде ••• Не соглашусь с вами, — с видимым наслаждением возразил Петр Петрович, — конечно, есть увлечения, неправильности, но надо быть и снисходительным: увлечения свидетельствуют о горячности к делу и о той неправильной внешней обстановке, в которой находится дело. Если же сделано мало, то ведь и времени было немного. О средствах и не говорю. По моему же личному взгляду, если хотите, даже нечто и сделано: распространены новые, полезные мысли, распространены некоторые новые, полезные сочинения, вместо прежних мечтательных и романический; литература принимает более зрелый оттенок; искоренено и осмеяно много вредных предубеждений... Одним словом, мы безвозвратно отрезали себя от прошедшего, а это, по-моему, уж дело-с... Если мне, например, до сих пор говорили: "возлюби", и я возлюблял, то что из того выходило? — продолжал Петр Петрович, может быть с излишнею поспешностью, — выходило то, что я рвал кафтан пополам, делился с ближним, и оба мы оставались наполовину голы, по русской пословице: "Пойдешь за несколькими зайцами разом, и ни одного не достигнешь". Наука же говорит: возлюби, прежде всех, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано. Возлюбишь одного себя, то и дела свои обделаешь как следует, и кафтан твой останется цел. Экономическая же правда прибавляет, что чем более в обществе устроенных частных дел и, так сказать, целых кафтанов, тем более для него твердых оснований и тем более устраивается в нем и общее дело. Стало быть, приобретая единственно и исключительно себе, я именно тем самым приобретаю как бы и всем и веду к тому, чтобы ближний получил несколько более рваного кафтана и уже не от частных, единичных щедрот, а вследствие всеобщего преуспеяния. Мысль простая, но, к несчастию, слишком долго не приходившая, заслоненная восторженностью и мечтательностию, а казалось бы, немного надо остроумия, чтобы догадаться... - Лужин Пётр Петрович ••• «Где это, — подумал Раскольников.., — где это я читал, как один приговоренный к смерти, за час до смерти, говорит или думает, что если бы пришлось ему жить где-нибудь на высоте, на скале, и на такой узенькой площадке, чтобы только две ноги можно было поставить, — а кругом будут пропасти, океан, вечный мрак, вечное уединение и вечная буря, — и оставаться так, стоя на аршине пространства, всю жизнь, тысячу лет, вечность, — то лучше так жить, чем сейчас умирать! Только бы жить, жить и жить! Как бы ни жить — только жить!.. Экая правда! Господи, какая правда! Подлец человек! И подлец тот, кто его за это подлецом называет», - прибавил он через минуту. ••• Ну, верите ли: полной безличности требуют и в этом самый смак находят! Как бы только самим собой не быть, как бы всего менее на себя походить! Это-то у них самым высочайшим прогрессом и считается. И хоть бы врали-то они по-своему, а то...- Разумихин Дмитрий Прокофьевич

...дойдёшь до такой черты, что не перешагнёшь её — несчастна будешь, а перешагнёшь — может, ещё несчастнее будешь... - Родя ••• Счастливые ведь люди, которым запирать нечего? - Родя к Соне ••• Страдание и боль всегда обязательны для широкого сознания и глубокого сердца. Истинно великие люди, мне кажется, должны ощущать на свете великую грусть, - прибавил он вдруг задумчиво, даже не в тон разговора. - Родя ••• ...я переступить поскорее хотел... я не человека убил, я принцип убил! Принцип-то я и убил, а переступить-то не переступил, на этой стороне остался... - мысли Роди

...власть даётся только тому, кто посмеет наклониться и взять её. - Родя Соне ••• ...вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Осмелюсь ли нагнуться и взять или нет? Тварь ли я дрожащая или право имею... - Родя Соне ••• Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку! - Родя Соне ••• Оба сидели рядом, грустные и убитые, как бы после бури выброшенные на пустой берег одни. Он смотрел на Соню и чувствовал, как много на нём было её любви, и странно, ему стало вдруг тяжело и больно, что его так любят. ••• ...если убедить человека логически, что, в сущности, ему не о чем плакать, то он и перестанет плакать. Это ясно. А ваше убеждение, что не перестанет? - Слишком легко тогда было бы жить, - ответил Раскольников. - Лебезятников Андрей Семёнович к Роде ••• - Эй, жизнью не брезгайте! - продолжал Порфирий, - много её впереди ещё будет. Как не надо сбавки!, как не надо! Нетерпеливый вы человек! - Чего впереди много будет? - Жизни! Вы что за пророк, много ль вы знаете? Ищите и обрящете. - Порфирий Петрович к Роде ••• ...вам Бог жизнь приготовил... Ну что ж, что вы в другой разряд людей перейдёте? Не комфорта же жалеть, вам-то, с вашим-то сердцем? Что ж, что вас, может быть, слишком долго никто не увидит? Не во времени дело, а в вас самом. Станьте солнцем, вас все и увидят. Солнцу прежде всего надо быть солнцем. - Порфирий Петрович Роде ••• ...вам прежде всего надо жизни и положения определённого, воздуху соответственного; ну, а ваш ли там воздух? - Порфирий Петрович Роде ••• Редко где найдётся столько мрачных, резких и странных влияний на душу человека, как в Петербурге. Чего стоят одни климатические влияния! - Свидригайлов Аркадий Иванович Роде ••• Сознаюсь в непростительной слабости, но что делать: боюсь смерти и не люблю, когда говорят о ней. - Свидригайлов Аркадий Иванович Роде в баре ••• ...когда сердцу девушки станет жаль, то , уж разумеется, это для неё всего опаснее. Тут уж непременно захочется и «спасти», и образумить, и воскресить, и призвать к более благородным целям, и возродить к новой жизни и деятельности... - Свидригайлов Аркадий Иванович Роде в баре ••• ...никогда не ручайтесь в делах, бывших между мужем и женой или любовником и любовницей. Тут есть всегда один уголок, который всегда всему свету остаётся неизвестен и который всегда только им двум. - Свидригайлов Аркадий Иванович Роде в баре ••• Русские люди вообще широкие люди, Авдотья Романовна, широкие, как их земля, и чрезвычайно склонны к фантастическому, к беспорядочному; но беда быть широким без особенной гениальности. - Свидригайлов Аркадий Иванович Дуне на тайной встрече ••• Он подошел к Дуне и тихо обнял ее рукой за талию. Она не сопротивлялась, но, вся трепеща как лист, смотрела на него умоляющими глазами. Он было хотел что-то сказать, но только губы его кривились, а выговорить он не мог. — Отпусти меня! — умоляя, сказала Дуня. Свидригайлов вздрогнул: это ты было уже как-то не так проговорено, как давешнее. — Так не любишь? — тихо спросил он. Дуня отрицательно повела головой. — И не можешь?.. Никогда? — с отчаянием прошептал он. — Никогда! — прошептала Дуня. Прошло мгновение ужасной, немой борьбы в душе Свидригайлова. Невыразимым взглядом глядел он на нее. Вдруг он отнял руку, отвернулся, быстро отошел к окну и стал пред ним. - Свидригайлов Аркадий Иванович и Дуня на тайной встрече ••• Я сейчас иду предавать себя. Но я не знаю, для чего я иду предавать себя. - Родя Соне ••• Их воскресила любовь, сердце одного заключало бесконечные источники жизни для сердца другого.

…........................................................................................................................................................................................

...масса никогда почти не признает за ними этого права, казнит их и вешает... ...в следующих поколениях эта же масса ставит казненных на пьедестал и им поклоняется... сравнимо со статьёй И.С. Тургенева «Гамлет и Дон Кихот» (1860): «Великое, всемирно-историческое свойство! Масса людей всегда кончает тем, что идёт, беззаветно веруя, за теми личностями, над которыми она сама глумилась, которых даже проклинала и преследовала, но которые, не боясь ни её преследований, ни проклятий, не боясь даже её смеха, идут неуклонно вперёд, вперив духовный взор в ими только видимую цель, ищут, падают, поднимаются и, наконец, находят... и по праву; только тот и находит, кого ведёт сердце."

Лк.8:16 Никто, зажегши свечу, не покрывает ее сосудом, или не ставит под кровать, а ставит на подсвечник, чтобы входящие видели свет. Лк.8:17 Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы. Евангелие от Луки. …........................................................................................................................................................................................

"Где это, - подумал Раскольников, идя далее, - где это я читал, как один приговоренный к смерти, за час до смерти, говорит или думает, что если бы пришлось ему жить где-нибудь на высоте, на скале, и на такой узенькой площадке, чтобы только две ноги можно было поставить, - а кругом будут пропасти, океан, вечный мрак, вечное уединение и вечная буря, - и оставаться так, стоя на аршине пространства, всю жизнь, тысячу лет, вечность, - то лучше жить так, чем сейчас умирать! Только бы жить, жить и жить! Как бы ни жить, - только жить!.. Экая правда! Господи, какая правда! Подлец человек! И подлец тот, кто его за это подлецом называет", - прибавил он через минуту.

Зачем я так глуп, что если другие глупы и коли я знаю уж наверно, что они глупы, то сам не хочу быть умнее? Потом я узнал, Соня, что если ждать, пока все станут умными, то слишком уж долго будет… Потом я еще узнал, что никогда этого и не будет, что не переменятся люди, и не переделать их никому, и труда не стоит тратить! Да, это так! Это их закон… Закон, Соня! Это так!.. И я теперь знаю, Соня, что кто крепок и силен умом и духом, тот над ними и властелин! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет! Только слепой не разглядит!