– Вы… вы… мерзкий!
– Да, – кивнул он спокойно, освобождая из петли вторую.
– Отвратительный!
– Угу. – Вырез стал шире.
– Озабоченный…
– Что тут поделать, есть такое, – согласился он невозмутимо.
– Беспринципный…
– Чем горжусь. – Заставив поднять руки вверх, он сдернул с меня тунику.
– Козел!
Он замер. Я тоже.
Ой-ой… Кажется, кому-то сейчас достанется. Переперчила, как говорит нянюшка Глая.
Я стояла в мокрой, прилипшей к телу рубашке. Беззащитная и униженная. Он ведь раздевал меня без интереса, ни малейшей реакции на полуобнаженное тело. Тогда как я… я видела перед собой мужчину, который нравился мне много лет в любом состоянии. Даже под проклятием.
Темно-синие глаза герцога прищурились, губы сжались в узкую линию. Он несколько секунд смотрел на меня оценивающим взглядом.
Затем прохладно поинтересовался:
– А почему козел? Рогов у меня нет – не женат, бороду не отпускаю. Если, называя козлом, подразумеваете моральные качества, так я вас никогда не обижал, Кьярин. Это вас надо назвать козой.
– Что? – Я задохнулась от ярости. – Козой? Меня?!
– Да, попрыгуньей, которая бездумно щиплет травку там, где ее поджидают волки. Ветреная и непостоянная коза, которая быстро забывает свои обещания.